Книга Однажды на реалити-шоу, страница 38 – Алайна Салах

— Если тебя так напрягло, что я сказала «нет», — начинаю я, скрещивая руки на груди, — просто выскажи все и разойдемся. Я привыкла не нравится людям, так что плакать не буду.

— Ты серьёзно? — Впервые за время поездки Котов смотрит в мою сторону.

Я пожимаю плечами.

— Серьёзнее некуда. Говори.

Его хмыканье походит на усталый вздох.

— Нечего высказывать. И у меня разумеется нет поводов менять к тебе отношение. В смысле, то что случилось — это действительно облом века и сейчас мне немного не по себе, но это пройдёт. Тебя я понимаю на сто процентов. Для такой, как ты первый раз важен…

— С чего ты взял, что это мой первый раз? — перебиваю я. — я совсем…

— Ты девственница, — убежденно произносит Артем. — теперь все сходится. Просто до конца не верилось. Тебе двадцать два, с виду ходячий секс… Короче, не верилось.

Темнота в салоне удачно скрывает мои порозовевшие щеки. Тему своей неопытности я не обсуждала ни с кем, даже с мамой.

— Ты все еще мне нравишься. Просто для мужиков отказ — это как удар по яйцам. Требуется время, чтобы пережить.

— Мог бы сразу сказать. Я бы притащила лед, — по привычке ерничаю я. Но от этих слов напряжение постепенно улетучивается, заменяясь приятным теплом.

— Это было бы слишком унизительно, — насмешливо парирует Артем.

— Вот как бывает. Весь мир у твоих ног, но ты всё равно недоволен.

— Далеко не весь, как мы теперь оба знаем. — он на меня косится. — Но может это и правильно. А то можно свихнуться от скуки.

Я смотрю на него с улыбкой. На мой вкус, это отличный ответ.

— Помнишь, когда в последний раз чувствовал себя счастливым?

Артем, не задумываясь, кивает.

— Когда забил свой первый мяч за сборную. А ты?

Перед глазами как по команде возникает заснеженный склон и глянцевые носы лыж. Я Закусив губу, я отворачиваюсь к окну. Я была счастлива слишком давно.

— Вспоминаешь день, когда меня увидела? — шутливо подсказывает Артем. — Это было две с половиной недели назад.

Я беззвучно смеюсь.

— Ты жуткий павлин, в курсе?

— Павлин? — передразнивает он. — Кто так говорит? Твоя бабушка?

От дальнейших расспросов спасают замаячившие впереди ворота особняка.

— Только не заезжай внутрь, — кривлюсь я. — Если Кристина узнает, что я была с тобой — облысеет.

— Крис только с виду кусачая. А так она нормальная девчонка.

— До момента, пока тебе нечего с ней делить, — вставляю я, наблюдая, как машина останавливается возле ворот. — Ну что ж, спасибо за вечер.

Белозубая улыбка Артема светится в полумраке.

— Тебе спасибо. Пятьдесят процентов заявленной программы прошли на десять из пяти.

— Вижу, ты почти отошел от удара, — иронизирую я.

— Отряхиваюсь и поднимаюсь. — Он подмигивает. — Как и всегда.

Я не сразу нахожусь с ответом, из-за чего повисает пауза. Артем тоже молчит, его взгляд будто невзначай соскальзывает на мои губы.

— Ладно, я пойду, — бормочу я, нащупывая ручку. — Герде привет.

Артем говорит что-то в ответ, но я не слышу, так как торопливо захлопываю дверь.

Особняк встречает меня кромешной темнотой и гробовой тишиной. С благодарностью возведя глаза к потолку, я, верная своему крысиному духу, беззвучно крадусь к лестнице. Главное, добраться до кровати незамеченной, а утром я что-нибудь придумаю. Скажу, что меня случилось несварение от местной еды и пришлось скоротать несколько часов в компании унитаза.