Книга Однажды на реалити-шоу, страница 20 – Алайна Салах

— Это тот момент, когда нужно делиться на камеру драматичными эпизодами из жизни, чтобы зрители тобой прониклись?

— А в чем драма? — Словно забыв о присутствии съемочной бригады, он откупоривает стоящую на столе бутылку с водой и отхлебывает прямо из горлышка. — В том, что в моей жизни было мало домашней еды? Зато я сейчас могу нанять личного повара и лопать щи хоть каждый день.

— И это все равно не будет домашней едой, — комментирую я, как и всегда, не сумев вовремя прикусить язык.

— Давай лучше о тебе поговорим, — Тон звездного жениха меняется, становясь чересчур доброжелательным и вместе с тем сухим. — Какой твой любимый фильм?

Поняв, что искренность покинула чат, сделав админом показуху, я машинально отодвигаюсь назад.

— Челюсти. Три дня назад стартовали съемки пятого эпизода, ты в курсе?

Лицо Котова пересекает кривая усмешка.

— Это метафора?

— Скорее, аллегория, — парирую я, ощущая, как недавняя легкость между нами стремительно улетучивается. — Улавливаешь разницу между айкью в сто двадцать один и сто двадцать пять?

Смерив меня заледеневшим взглядом, Котов вскидывает руку.

— И добавьте в заказ устрицы!

— Что это? — я с отвращением разглядываю тарелку с ракушками, наполненных серой слизью.

— Победительница школьных олимпиад никогда не ела устриц? — насмешливо замечает Котов, пока с видом заправского шеф-повара поливает лимонным соком уродливых моллюсков. — Самое время попробовать.

— На это даже смотреть страшно, не то что засовывать в рот.

— Многие так говорят поначалу, — он самодовольно подмигивает. — Зато потом за волосы не оттащишь.

— Ты таскаешь женщин за волосы?

— Бывает иногда. — Котов довольно скалится. — Тебя бы оттаскал с особым удовольствием.

— Вы все это слышали? — я возмущенно кручу головой. — Наша футбольная звездочка практикует рукоприкладство.

Вместо того, чтобы выразить коллективное возмущение, операторы начинают ржать.

— Ты серьезно не догоняешь? — Котов оглядывает меня с плохо скрываемым удивлением. — Или притворяешься?

— Притворяюсь конечно, — вру я, просто потому что терпеть не могу ощущать себя глупее остальных.

— Ладно, давай перейдем к делу. — Звездный жених с торжественным видом извлекает изо льда ракушку и тянет ее ко мне.

На его лице играет довольная улыбка, будто говнюк наслаждается каждым мгновением.

— Даже не думай, — предупреждаю я, чувствуя себя айсбергом, в который вот-вот въедет Титаник.

— Расслабься, отличница, — Голос у Котова ленивый, но цепкий, словно лассо. — За нами следят минимум четыре камеры, значит ничего плохого с тобой не произойдет.

— Посмотрим, как ты заговоришь, когда меня вырвет на скатерть, — бормочу я, отчего-то начиная сильно нервничать. — Возможно и твоему смокингу достанется.

Проигнорировав мою угрозу, Котов чуть подается вперед и его колено касается моего.

— Просто открой рот, — Его голос становится ниже и приглушеннее, будто слова предназначены лишь для моих ушей. — Всё будет в порядке.

— Звучишь так, будто уговариваешь ребёнка проглотить брокколи, — огрызаюсь я.

Края ракушки дотрагиваются моих губ одновременно с теплым касанием пальцев. Очевидно, что Котов этого не планировал, потому что его улыбка меркнет, а взгляд становится тяжелым.

— Ну, — хрипло выговаривает он. — Открывай уже. Обещаю не делать тебе больно.