Книга Принадлежащий мне, страница 71 – Алайна Салах

— Я хочу детей только от тебя, - возразил он.-Если случится так, что этому не суждено будет произойти, значит так тому и быть.

— Ты не понимаешь, о чем ты говоришь! Это сейчас тебе кажется, что ты способен довольствоваться лишь мной всю жизнь. А что будет через пять лет? или десять?!

Блейк сурово посмотрел на меня:

— И через пять лет, и через двадцать, ничего не изменится, Айви. Ты по-прежнему останешься всем, что мне нужно.

Из моих глаз покатились слезы.

— Это ты сейчас так считаешь, Блейк. Каждый раз, когда у кого-то из твоих друзей будет рождаться очередной ребенок, ты будешь задаваться вопросом, каково это -быть отцом. А я знаю, что ты будешь прекрасным папой. В тебе есть столько всего, что ты можешь дать своим детям. Твоя смелость, щедрость, твоя внутренняя сила…

— Айви, я не хочу детей ни от кого другого, -упрямо повторил Блейк.

— Я пустышка, ты что не понял?! - взвизгнула я.- Ты выбрал не ту девушку! Твой отец был прав. Во всем прав. Тебе нужно было остаться с Тессой.

Блейк схватил меня за плечи и с силой тряхнул:

— Никогда не смей называть себя пустышкой. И никогда не смей оскорблять мой выбор. Я люблю тебя, и ни разу, ни на секунду не пожалел о том, что я с с тобой. И никогда не пожалею. Если нам не суждено иметь собственных детей, значит, проживем без них. В старости будем колесить по всему миру и транжирить нажитое, как захотим. А если ты когда-нибудь захочешь взять детей из приюта, я воспитаю их как своих. Главное, чтобы ты была всегда рядом.

Я всхлипнула и вцепилась в свой безымянный палец на левой руке. Я должна это сделать. Ради него. Неважно, что он сейчас говорит. В будущем он будет мне за это благодарен.

— Прости меня, Блейк,- прошептала я, вкладывая кольцо в его ладонь. –Я не могу. Я слишком тебя люблю, чтобы позволять тебе жертвовать своим счастьем.

Блейк

Я стою у алтаря и не могу оторвать от нее глаз. Она такая красивая. Уголки ее губ, которые я так люблю целовать, подрагивают в чуть заметной улыбке, а на милых щеках горит румянец. Ресницы скромно опущены вниз, верный признак того, что она волнуется, и я с замиранием сердца жду, когда она поднимет на меня глаза, и произойдет это. Наша магия. Миг, когда исчезает все вокруг, даже звуки, и я забываю, как дышать. Так было в первый раз, когда я увидел ее на своей университетской игре, и так происходит до сих пор, как только она устремляет свой сияющий взгляд на меня.

В глазах Адама, моего будущего тестя, стоят слезы, когда он ведет свою дочь по проходу, чтобы передать свое главное сокровище в мои руки. Теперь это мое сокровище. Она давно моя, просто сейчас весь мир об этом узнает. И когда я говорю весь мир, именно это я подразумеваю, потому что под дверьми уже собралась огромная толпа журналистов. Плевать. Зовите меня чертовым собственником, но я хочу, чтобы они знали.

Вся моя жизнь разделилась на период До Айви и После. В периоде До я считал свадьбу средневековым пережитком, выдуманным, чтобы развлечь друзей и потешить самолюбие родителей невесты. Период После поставил все с ног на голову. Я словно одержимый, мечтал одеть кольцо ей на палец. Я хотел, чтобы окружающие знали, что когда я спросил эту красавицу, согласна ли она прожить со мной до конца моих дней, она сказала, что согласна. Сейчас я не понимал парней, которые заявляли, что не видят смысла жениться на своих избранницах. Если вам в руки попадает бриллиант, вы обязаны хранить как зеницу ока. Те, у кого из бриллианты пылятся в шкафу с носками, просто недостойны обладать ими.