Книга Папина дочка, страница 43 – Алайна Салах

— А ты, получается, снова работаешь? — он указывает глазами на стопку распечатанных скетчей. — Расскажи.

Просьба звучит так естественно, словно эти полтора года мы тесно общались и в курсе всех дел друг друга.

— В прошлый раз я говорила, что решила попробовать себя в дизайне. Для этого нужно было трансформировать образы в визуальный контент. Пришлось обучаться рисованию… Ну как «пришлось»? — я машинально опускаю ладонь на крышку ноутбука. — Учиться мне нравится.

— Круто. Покажешь?

После небольшой заминки я извлекаю из стопки листок с дизайном жакета и разворачиваю к Марку. Сдвинув оправу на кончик носа, он подносит рисунок к глазам и внимательно смотрит.

Я невольно задерживаю дыхание, переносясь назад, в прошлое: ритмичное постукивание маракасов, запах лайма… Напротив меня сидит Александр и той же заинтересованной вдумчивостью разглядывает страницу моего блога.

— Талантливо и оригинально, — резюмирует Марк, возвращая листок мне. Зелёные глаза светятся. — Не думай, что это лесть. Я сам очень приземлённый и всегда восхищался теми, кто умеет круто креативить. До тебя дизайнеров одежды я только по телевизору видел.

— Ну до Альберты Ферретти мне ещё далеко, — порозовев от похвалы, возражаю я. — Я пока только пробую себя в дизайне, а дальше видно будет.

— Ты утверждала, что совсем неспортивная и меньше чем за неделю освоила доску. Я в тебе не сомневаюсь.

— Спасибо.

Я придвигаю к себе кофе, принесённый официантом, и в нерешительности кручу чашку в руках. Уместно будет поинтересоваться, чем Марк занимается в фирме отца, но в горле стоит протест: даже вскользь упомянутое имя Александра разбередит старую рану, а мне этого не хочется. Сейчас у меня всё хорошо — пусть так и остаётся.

Пауза затягивается, поэтому я не придумываю ничего лучше, чем спросить:

— А как поживает твоя личная жизнь?

Впервые за время нашего разговора Марк отводит взгляд и комкает лежащую перед ним салфетку.

— На личном фронте полный штиль, — его яркий рот кривится в усмешке. — В выходные вижусь с друзьями, а на остальное будто времени не хватает. Но, скорее всего, это просто отмазка, и мне пока просто ничего не хочется. А у тебя?

Он снова смотрит мне в глаза: пристально и пытливо.

Я пожимаю плечами.

— Я сама по себе. И отсутствие свободного времени в моём случае не отговорка. У меня его действительно нет.

— Ты меня сейчас одновременно обрадовала и озадачила, — на лице Марка появляется та самая обезоруживающая улыбка, которая пленила многих девушек на курорте. — Но так даже интереснее.

— Ты тоже воспринимаешь «нет» как вызов? — неожиданно для себя ерничаю я, вспомнив слова навязчивого ухажёра.

Марк гримасничает.

— Я разве похож на идиота? Подразумевалось, что придётся напрягать свою отсутствующую фантазию, чтобы найти повод для нашей следующей встречи.

Не удержавшись, я смеюсь. Марк — единственный известный мне человек, чья прямолинейность никогда не граничит с бестактностью или навязчивостью. С ним действительно легко и уютно. Мы провели вместе всего неделю, но кажется, будто знакомы очень и очень давно.

— В субботу мы с друзьями идём на открытие мотосалона, — энергично продолжает он. — Там будет музыка, фуршет, фотографы и презентация нового аромата от местных носов. Никакого запаха солярки и резины — всё чинно и красиво. Мне будет приятно, если ты составишь компанию.