Книга Демон-босс, страница 37 – Алайна Салах

— Ты волосы покрасила, да? Тебе очень идет.

— Нет, не красила, — сдержанно улыбаюсь я очередному неудавшемуся комплименту Вадима.

— Всегда, что ли, такие красивые были? — не теряется он и смотрит на Нику. — Маме нашей можно в рекламе шампуня сниматься, да?

Ника кивает, пряча улыбку. Ох, Вадим. Даже двадцатилетние неискушенные девочки тебе не верят, чего уж говорить обо мне. Когда мы познакомились, он как-то поискуснее в ухаживаниях был. Хотя, вру. Искуснее он не был, а вот честнее точно. Этим и подкупил меня: честностью и спортивной целеустремленностью. Когда мы с Вадимом познакомились, я с Борей Никифоровым встречалась, и других отношений не планировала, о чем прямо сказала. И что сделал он? Каждое утро мне то ромашки, то тюльпаны под дверь подкладывал до тех пор, пока не согласилась с ним на свидание. Я и пошла только ради того, чтобы раз и навсегда расставить все точки над «i», но сама того не заметив, очаровалась. Вадим в свои двадцать совсем другим был: прямолинейным максималистом с большими амбициями. Сказал, что в жизни у него есть две мечты: стать признанным спортсменом и иметь крепкую семью. И про детей сказал: что обязательно хочет дочку, потому что мальчиков нужно воспитывать, а девочек просто любить. Меня это так тронуло, что спустя две недели я рассталась с Борей, а спустя месяц съехалась с Вадимом. И пусть наш брак в конечном итоге закончился не слишком красиво, Вадику я все равно благодарна. Потому что Нику он действительно любил и баловал, и потому что долгое время действительно был хорошим мужем. Просто не смог достойно справиться с известностью.

— Ты надолго к нам? — спрашиваю я, кивком благодаря официанта за принесенный кофе.

— Как получится, — отвечает Вадим, начиная озорно улыбаться. — Но вообще-то планировал задержаться. Возраст, видно, сказывается. Потянуло к корням.

— Ты огородом в Подмосковье собрался обзавестись, что ли, пап? — иронизирует Ника.

— Ну до этого еще рановато. — Притянув к себе, Вадим целует ее в висок. — А если и куплю? Помогать мне грядки полоть будешь?

— Еще чего! — со смехом фыркает Ника. — Садоводство — это мой страшный сон.

Не удержавшись, я ими любуюсь. На меня дочка совсем не похожа — разве что глазами. Я светлокожая блондинка, а Никуша смуглая брюнетка с веснушками на носу — копия своего отца.

— Так, папуль, извини… — Схватив телефон, Ника выпутывается из его объятий. — Мне поклонники звонят. Надо ответить.

Ласково проворковав в трубку «алло», дочка сбегает из-за стола, и мы с Вадимом остаемся одни.

— Взрослая совсем стала, да? — говорит он, глядя ей вслед. На этот раз без всякого кокетства. — С парнями вовсю общается.

— С парнями наша дочь вовсю общается лет с семнадцати, — с улыбкой замечаю я. — И кстати, делает это довольно умело.

— Но ведь без перебора же? — В глазах Вадима появляется отцовская встревоженность. — В смысле, ночевать она домой приходит?

— Дочь мы прекрасно воспитали, и к тому же она давно совершеннолетняя. Беспокоиться тебе не о чем.

Какое-то время он смотрит перед собой, задумавшись о чем-то. А все-таки хорошо, что мы выбрались на этот «семейный» ужин. Когда Вадим не пытается со мной заигрывать, то ощущается каким-то родным даже.

— Люб.

Я приподнимаю брови в знак того, что готова слушать.