Книга Бывший-босс, страница 42 – Алайна Салах

— Здравствуйте, Рашид ибн Мохаммед, — сложив ладони лодочкой, Маша отвешивает мужику, замотанному в белую простыню, поклон. — Я Мария ибн Леджер. А это Тимур ибн Шубский.

Подобное нелепое приветствие застает меня врасплох и я неожиданно для себя начинаю ржать, чем заслуживаю порицающий взгляд араба. Возможно, я только что просрал самую крупную сделку в своей жизни, но… Мария ибн Леджер и Тимур ибн Шубский? Серьезно?

Рашид ибн Мохаммед говорит ей что-то на тарабарском и Маша, повернувшись ко мне, сообщает:

— Он спрашивает, на каком языке нам удобнее разговаривать: по-английски или по-арабски.

Мне, честно говоря, однохуйственно. Я не понимаю ни того, ни этого.

Но, скорчив серьезную мину, деловито говорю, что предпочитаю английский.

Короче, два часа я развлекаюсь тем, что заказываю все, на что падает глаз, потому что названий блюд в меню тоже не понимаю. Маша с ибн Арабом, как я мысленно его прозвал, трещат, не смолкая.

Он мне не нравится. Зря Маша переживала по поводу длины платья. Судя по сальному взгляду, ибн Араб не оскорбился бы, даже если она пришла б голышом.

— Рашид приглашает нас к себе на виллу, Тимур, — торжественно сообщает Маша ближе к концу ужина.

— Круто, — хмыкаю я, отправляя кусок жареного кальмара в переполненный желудок. — Вы это так долго обсуждали? Сколько рома и колы брать?

— Нет, конечно. Просто узнавали друг друга поближе. Рашид удивился, когда я сказала, что ты не мой муж и тебя дома ждет женщина.

Отхлебнув воды, я смотрю на ибн Араба исподлобья. Прощупал почву, значит?

— Ты бы с ним поаккуратнее. Заманит тебя в свой гарем под предлогом подписания контракта и потом принудит до конца жизни рожать ему наследников.

— Тимур, — Маша смотрит на меня сочувственно. — Ты, что, читал «Шейх моего сердца»? Это ведь низкосортная беллетристика, не имеющая ничего общего с реальностью.

Я понятия не имею, откуда в моей голове взялся этот бред. «Шейха моего сердца» я точно не читал. Хотя,возможно, его читала Марианна, и когда-то пересказала мне сюжет. Ну, или меня так бесит этот хер в марле, что хочется приписать ему пару нелицеприятных поступков.

— Если вы закончили знакомство, то можно идти, — ворчу я, буквально выдирая счет из рук официанта, намеревавшегося отнести его арабу.

— Рашид говорит, что он сам оплатит… — пытается возразить Маша.

— Скажи ему, что Тимур ибн Шубский сегодня угощает. — Я прикладываю карту к терминалу, глядя как с нее списывается поистине космическая сумма. — На виллу к нему мы приедем. Если чипсов с сухариками нужно захватить — пусть звякнет.

Glava 27

Маша

Весь обратный путь до отеля Тимур ведет себя странно: смотрит в телефон, а меня напрочь игнорирует. Я не могу понять, в чем дело, ведь встреча с Рашидом ибн Мохаммедом прошла настолько прекрасно, что он даже пригласил нас на фуршет. Вдруг где-то посреди непринужденной беседы выяснится, что и Рашиду нужно что-то продать. Хорошо бы это что-то измерялось в сотнях гектарах и находилось близко к морю.

От мысли об этом надпочечники начинают усиленно вырабатывать адреналин. Кажется, профессия риэлтора — это действительно мое.

— Может быть, немного прогуляемся? — предлагаю я вслух и, заметив, что Тимур не выказывает никакой реакции, тереблю его за колено. — Ти-иму-ур!

От моего прикосновения он резко вздрагивает, словно от удара током.