Книга Искатель, 2012 №6, страница 6 – Владимир Лебедев, Песах Амнуэль, Татьяна Косова, и др.

В делах наметился некоторый пробел, и Дик решил, что путешествие в Италию пойдет ему на пользу. Прежде чем принять это решение, он позвонил куда следует и выяснил, что теплоход, на котором леди Беата совершила свой роковой круиз, находится сейчас в Неаполе.

Он решил побеседовать с командой и капитаном.

Дик остановился в Неаполе в отеле «Мария-Антуанетта» — в том самом, где останавливалась леди Беата. Выяснить это было несложно — в день отплытия за ней посылали такси, которое и доставило ее на борт. Номер, в котором она жила, оказался свободным, и Дик занял его, хотя и понимал, что это глупость, игра в шпионов. Радостное возбуждение Билли, учуявшего, несмотря на прошедшее время и многочисленные уборки, запах своей хозяйки, подбодрило его, и настроение немного поднялось.

Дик взял Билли с собой. Пес только начал привыкать к нему, в глазах его появилось выражение преданности, и невозможно было предсказать, что будет с собакой, если и второй хозяин коварно покинет ее. Когда он начал собираться в поездку, Билли страшно разволновался и заглядывал Дику в глаза; тот сначала объяснял животному, что едет разыскивать его хозяйку и надо подождать, но потом решил взять его с собой, хотя был совершенно уверен, что Билли все понимает.

Рано утром оба они вышли из отеля и отправились пешком в гавань. Несмотря на беспокойство о леди Беате, Дик не собирался совсем пренебрегать красотами Неаполя. Билли настороженно принюхивался к незнакомым запахам и смотрел по сторонам.

Капитан корабля встретил Дика вежливо, угостил Билли сосиской и жареным картофелем — он оказался большим любителем собак. Сначала беседа разочаровала Дика — ничего интересного о леди Беате капитан сказать не мог. Правда, ее поведение на борту было довольно нетипичным: вопреки обыкновению, она много времени проводила в своей каюте, а ее обычная жизнерадостность куда-то делась. Но Дик и-без того знал, что леди Беата была расстроена, так что ничего нового это ему не дало.

— Так, значит, она выходила в основном только к столу, а так сидела одна в своей каюте? — спросил он еще раз, уже направляясь к двери.

— Да, — ответил капитан. — Ну, не совсем одна, с горничной.

Дик резко повернулся.

— С какой горничной?

— Со своей горничной, — удивился его собеседник. — С ней в плавании была горничная для личных услуг.

— Она наняла ее на корабле?

— Нет, — раздраженно ответил капитан. — В состав нашего экипажа не входят горничные, а уж тем более сорокалетние и угрюмые. Она привезла ее с собой и сказала, что эта особа провела рядом с ней много лет и она не может обойтись без ее помощи. Поскольку она оплатила соседнюю каюту, возразить на это было нечего. Да я и не против.

Дик молчал, собираясь с мыслями.

— Вы говорите, сорокалетняя и угрюмая? — переспросил он, чтобы что-нибудь сказать.

— Ей точно все сорок, да еще наверняка и с хвостиком. Ни с кем разговаривать не желала, хотя ела вместе с членами экипажа и они вполне по-дружески пытались с ней поболтать. Все время сидела с хозяйкой — такая преданность, конечно, заслуживает уважения, но...

— Она вам не нравилась?

— Да нет, — пожал плечами капитан, — просто она была не на своем месте.

— То есть?

— Она никак не годилась в горничные к такой даме. Понимаете? Ведь слуги людей такого класса, как леди Сатерленд, — это особая каста. Джентльмен-слуга для джентльменов, вот как это называется. Они и разговаривать не станут с теми, кто прислуживает кому-то, кто ниже их хозяев. А эта особа словно только что явилась из трехгрошового кабачка. На ней было приличное платье, но все равно — вид такой, как будто она первый раз в жизни оделась.