Книга Искатель, 2012 №2, страница 33 – Владимир Лебедев, Татьяна Косова

Пьер тряхнул головой. Он никак не ожидал такого развития событий. Стало быть, внезапные богатые наследства из-за рубежа не приносят людям счастья. Они опасны и непредсказуемы. Теперь разобраться будет еще сложнее, потому что неприятный Хохолок, скорее всего, прав: убийство напрямую связано с таинственным наследством. Конечно, хорошо было бы отправиться к Дупляичеву и сослаться на их старый договор: Петр Безухов не расследует убийств и вообще преступлений против личности. Но он знал, что не сделает этого. Он продолжит работу и не успокоится, пока не выяснит, что там такое с этим наследством.

Клиент между тем поднялся, взял свой клеенчатый портфель и направился к двери.

— Позвоните мне, — растерянно сказал Пьер. — Скажите, а куда вы повезете Челси?

— Как это куда? К себе заберу. Меня она хоть знает, а чужим людям отдашь — так она ж с ума сойдет.

— Очень хорошо, поезжайте. И знаете, не надо пока ничего доплачивать. Возможно, и впредь не придется. Я уверен: если я разберусь, что не так с наследством, то убийство раскроется само собой. Я с вами согласен: тут несомненная связь. Но связь необычная.

— То есть?

— Когда убивают богатого человека и говорят, что убийство связано с наследством, всегда имеют в виду, что убил наследник, чтобы поскорее завладеть имуществом. Но здесь все иначе. Точно вам говорю. Да, убили из-за наследства — но не ради того, чтобы завладеть деньгами.

— Я согласен с вами, но сейчас... Челси, — напомнил «Кешка-ненормальный».

— Да, конечно, идите.

— Что делать будете? — нервно спросила Лизка.

— Надо начинать, — предложила я.

Это было невероятно, но ни Терезы, ни ее свиты не было, хотя часы показывали пять часов и пять минут. Тереза учила нас без малого шесть лет, шесть лет мы любовались на ее замшевые юбки, ужасные сумки и игривые блузки и слушали, как клацают кольца ее кошмарных сумок. И за все эти годы Тереза ни разу не опоздала. Она всегда являлась в аудиторию минимум за четверть часа до начала занятий и долго и нудно что-то рисовала на доске — графики какие-нибудь или показатели состава контингента. Она не явилась только один раз, когда внезапно умерла ее мама, но даже и в таких трагических обстоятельствах позвонила в институт и предупредила всех, кого могла.

— Она может стоять в пробке, — вполголоса сказала Ульяна, рассматривая уже начинавших скучать гостей, — а потом мы же будем виноваты в том, что задержали открытие.

Это соображение стало последней каплей.

— Начинай, — потребовала я.

Ульяна посмотрела на Евгению Юрьевну. Та стояла около приоткрытой двери кабинетика: мы попросили ее ждать звонка, должна же Тереза объявиться, иначе просто быть не может. Да и случиться с ней ничего не может! Мы так ненавидели Терезу, что тотчас почувствовали бы себя виноватыми, нельзя этого допускать!

Но Евгения Юрьевна снова отрицательно покачала головой. Тереза не звонила. Она пропала куда-то вместе со своим замшевым костюмом, идиотскими школярскими туфлями, клацающей сумкой и тремя спутниками.

— Найди Гошу, — попросила Ульяна.

Гошу действительно следовало контролировать. Он и видел-то пока только малую часть экспонатов, расположенных в проходах между залами и коридорах, потому что в сами залы Улька заранее никого не пускала. Но и этого оказалось достаточно, Гоша просто ошалел.