Книга Зловещая мелодия, страница 9 – Эрик Фуасье

— Задерите меня черти! – возопил Феликс, изобразив гримасу ужаса. – С тех пор как наше правительство взялось насаждать порядок в королевстве всеми силами и средствами, я не строил ни малейших иллюзий по поводу либеральных устремлений Луи-Филиппа и его прихвостней, но уж никак не ожидал очутиться в полицейском государстве столь скоро! Так, глядишь, под юбкой у каждой красивой женщины будет сидеть по шпику!

Мари-Рен сморщила носик. Она прекрасно знала, как страстно ее Самсон увлечен республиканскими идеями, и боялась, что теперь разговор примет политический поворот, поэтому решила немедленно пресечь любые поползновения продолжить эту тему.

— О нет! – возмутилась она. – Я не позволю вам делиться соображениями о том, как надо управлять страной! Если двум господам выпадает счастливый случай побыть в обществе двух восхитительных фей, вести при них занудные речи, как в ваших мужских курилках, – сущее преступление! Раз уж нам приходится дожидаться часа, когда можно будет потанцевать, мы с Аглаэ требуем, чтобы нас развлекали! Где ваша изобретательность, черт возьми? Удивите же нас какой-нибудь диковинкой!

Глаза Феликса Арвера лукаво заблестели при этих словах. Перспектива принять вызов, который ему бросила эта дерзкая блондинка, наполнила его радостным предвкушением. Поэт тотчас подался ближе, напустив на себя заговорщический вид, будто собирался поделиться с тремя друзьями государственной тайной.

— Отлично! – заявил он и понизил голос. – Вы бросили камень в мой огород, и я с удовольствием поймаю его в прыжке! Представьте себе, ровно перед тем, как мне повезло приметить Самсона и получить приглашение присоединиться к вам, я как раз направлялся в одно диковинное местечко. Посвященные называют его между собой «татарский лагерь», и, бьюсь об заклад, никому из вас еще не доводилось видеть ничего подобного. Если вы решитесь последовать туда за мной, вашим взорам предстанет такое зрелище, что эпитет «поразительное» покажется вам слишком слабым.

Благоразумная Аглаэ состроила недоверчивую гримаску.

— «Татарский лагерь»? – с подозрением повторила она. – И что же это такое?

— Приют вдохновенных вольнодумцев, – не без пафоса отозвался Арвер. – Место, где можно встретить молодых эрудитов и лучших представителей богемы – поэтов, художников, граверов и скульпторов, каковые избрали для себя объектом культа красоту и величие природы. Во всем Париже вы не найдете более достойного общества. И более оригинального, уж смею вас заверить!

Мари-Рен со свойственной ей непосредственностью захлопала в ладоши и повернулась к Самсону:

— Звучит ужасно заманчиво! Я бы хотела там побывать, а ты что скажешь? – Не дожидаясь ответа от своего ухажера, она вскочила и потянула за собой Аглаэ, схватив ее под руку. – Чего же мы сидим? Нас ждет «татарский лагерь»! Кто меня любит, пусть следует за мной!^[16]

Под предводительством Феликса Арвера молодые люди покинули бульвар и направили свои стопы к селению Монмартр^[17]. Идти пришлось недолго – их проводник остановился у подножия холма, перед длинным, довольно обветшалым зданием на улице Рошешуар. Несмотря на преклонение перед величием природы, о котором упомянул поэт, обитатели этих мест явно не воспользовались ее дарами в целях облагораживания территории – сад вокруг здания пребывал в полнейшем запустении; в этом царстве природы безраздельно господствовали буйные травы и колючие кусты ежевики, так что путь к крыльцу стал для обеих девушек – прежде всего для их длинных юбок – опасным испытанием.