Книга Кричащая Башня знает, страница 150 – Любовь Минеева

Диля уже ждет меня. Она сидит за столиком в глубине – недалеко от барной стойки. Кроме нее, в кафе из посетителей стайка молодежи – студенты колледжа или старшеклассники – заняли стол в центре, пьют кофе.

Я сажусь напротив Дили, бросив взгляд на бар. Ключница на месте, стоит за стойкой, завернувшись в темно-синий шерстяной платок, что-то пишет в толстом блокноте. Ведет запись маленьких ключиков и их хранителей? Записано ли там, что они оставляют взамен ключика? Вот бы посмотреть!

— Эй, ты тут? – Диля машет перед моим лицом ладонью. – С Новым годом! Как отметили?

— Ужасно, – говорю я и быстро рассказываю, что произошло. Диля вскрикивает, услышав о Ритке, но тут же берет себя в руки.

— Значит, будет расследование, – медленно говорит она, когда я замолкаю.

— Да, будет. И я хочу узнать твое мнение – говорить мне про записки, бусы и про то, что я видела этот так называемый призрак?

Диля скрывает лицо в ладонях, трет пальцами лоб – так отчаянно, словно надеется вызвать оттуда, из головы, волшебного джинна, который с помощью трех желаний решит все проблемы.

— Не знаю, наверное, да. Мы же не хотим быть следующими. Может, менты найдут этого урода. Если они свяжут все смерти, то получается, у нас тут настоящий маньяк. А это уже серьезно. Слушай, но кто это может быть? И почему именно наши девки? Ладно – Аринка с Женей одного типажа, но эта твоя Ритка? Она же вообще – как это? Другого уровня. Да и внешности. Я ее видела на парковке в вашей компании. Когда еще Женька к тебе подходила.

Я вспоминаю про дохлую крысу, и платье, горящее у меня во дворе, и про размалеванную физиономию лже-Аринки и решаю рассказать Диле и об этом. Когда я заканчиваю, на ней просто лица нет.

— Ой, хреновые у нас дела, – потрясенно резюмирует она. – Не вздумай ходить к этой Башне. Никому не верь, ни на какие записки не ведись. Лучше вообще не выходи из дома! Это платье – как предупреждение! Он, этот псих, тебя приметил! И да, я считаю, надо все-все рассказать полиции. Пусть ищут. Может, к тебе приставят охрану?

Я усмехаюсь. Очень вряд ли, мы все же не в американском сериале про добрых копов.

— А Ритка-то не получала записок?

— Не знаю, – говорю я. – Мне она ничего не сказала.

Мы молчим некоторое время.

— Как там Радмир? – спрашиваю я не в тему. Хотя может быть, очень даже в тему?

Диля пожимает плечами:

— Я его не видела с Женькиных похорон.

— Если будет расследование, его имя тоже всплывет. Они могут взять распечатку звонков.

— Да, но с Риткой-то он не связан. Надеюсь, у него есть алиби. Надо его предупредить.

Я порываюсь сказать ей, что сама с ним поговорю и пусть она скажет, как с ним связаться, но в последний момент передумываю. Может, я пока не готова к разговору.

— Да, предупреди. И передай от меня привет.

Диля говорит, что ей пора. Мы доходим вместе до ворот парка, она предлагает меня подвезти, но я отказываюсь. Мне хочется проветрить голову. По дороге домой мне приходит одна авантюрная мысль.

Мать все еще спит, так что я тихонько, даже не раздеваясь, иду за шкаф и достаю из-под дивана Аринкину коробку. Медленно, стараясь не шуршать, разворачиваю пакет с долларами и сую в карман пару полтинников. Сто баксов на рубли это около семи тысяч, неплохая сумма, но все-таки добавляю еще купюру.