Книга Звездный путник, страница 9 – Александр Попов

По натуре я оптимист. Выйдя на пенсию, я весь погрузился в свои изыскательные работы. Есть у меня старенькая «Нива», несколько магнитов на длинных шнурах, пешеходный навигатор, Эхолот, металлоискатель — «Гарик», лодка ПВХ с мотором и гидрокостюм с маской и ластами.Это почти все мое барахло. Для обычного человека это все стоит безумных денег. Поэтому пришлось покупать не все сразу. А поскольку я не пьющий и не курящий, это сильно экономило мой бюджет, и смог выкраивать большие средства на сою мечту.

В настоящий момент я пенсионер и мне 62 года. Пришло время рассказать как летом в июле месяце, 2025 года, моя жизнь резко изменилась. Это произошло среднем течении Северной Двины.

Погода была солнечная и жаркая. Хотя в начале июля дневная температура была чуть больше 0, и я серьезно задумывался перебраться в пуховик. Но слава всем богам, погода стала похожа на летнюю.

Я давно облюбовал это место. Чистый воздух, тишина. Красивая северная природа. Северная Двина в этом месте, имела два рукава разделенным островом. На этом острове рос один ивняк. Весной река разливается, и в половодье и ширина реки превышает восемь километров. Вода в половодье так поднимается высоко, что у этого острова видны только верхушки ив.

На Северной Двине в этом месте один рукав со стороны деревень глубокий по эхолоту достигает 33 метров. А другой рукав глубиной не больше двух метров. Несколько лет назад встретил я тут одного дедушку, местного жителя. Проверял он продольники на своем карбасе. На лодке у него стоял старый советских времен стационарный двигатель «Л-6». Разговорились.

— Паря, я давно за тобой наблюдаю, очень интересная у тебя удочка. Только на магнит рыба клевать не будет, — серьезно заявил дед. Возьми у меня удочку, да на уху за час надергаешь сороги и окуней.

— Здравствуйте уважаемый, не знаю, как вас звать, величать.

— Кузьмичом меня кличут. А если полностью Егор Кузьмич.

— Меня Алексеем. Мне интересно, что раньше по реке возили. Что интересное выловлю, в музей отвезу, что им без надобности, себе оставлю. Не переживай Егор Кузьмич, есть у меня рыболовные снасти и спиннинг и удочка поплавковая наличествует.

— Молодец, что так поступаешь. Историю надо знать. Я вот почитай всю жизнь на Двине. Много историй про реку поведать могу. Каждый год она разная.

— Егор Кузьмич, а кем вы работали?

— Я мил человек, и работал всю жизнь на Северной Двине. Бакенщиком я был, глубины измерял, вехи да бакены устанавливал, следил за ними, осенью перед ледоставом убирал. Зимой в лесу шесты для вех заготавливал. А по весне все покрасить надо. Два цвета белый да красный.

— А сейчас кто этим занимается? — Спросил я.

— Сейчас у них, — и Егор Кузьмич не определенно махнул рукой. Техника такая, что на полсотни верст один обстановочный катер ходит. Вначале птица их пролетит, с четырьмя винтами, все просмотрит, да еще и браконьеров где углядит. Все передаст, кому следует. А если какая поломка катер ходит, все поменяет и все дела.

— Алексей, погода портится, вишь как ветер поменялся, волна пенится, чувствую я приближение бури. Бери свои вещи, и поехали ко мне в дом. Один я живу. Вон на горе мой синий дом.

И машину твою за рекой будет видно. Да здесь спокойно, ни кто чужого не возьмет.

И в самом деле, дом Кузьмича был на угоре. Шесть передних окон смотрели на реку. И вид открывался, наверное, изумительный. Собрал я вещи, и отправились к Кузьмичу.