Книга Кровь на песке, страница 298 – Брэдли Бэлью

Рамад услышал за спиной щелчок.

— Готово.

Взломщик налег на дверь, и та, заскрипев, подалась было внутрь… Но вдруг он упал как подкошенный. Что-то вжикнуло над ухом, Рамад обернулся и увидел, как Амариллис схватилась за щеку и выдернула маленький дротик с красным оперением. Она задрожала, глаза ее забегали.

— Рамад. – сказала она, глядя на дротик. – Рамад…

Он успел подхватить ее и уложить на пол.

— Ложись! – крикнул он. – Тут кто-то есть!

Хамид размахнулся и швырнул лампу во тьму туннеля. Она взлетела как комета и ударилась о дверь хранилища, разбрызгивая горящее масло. Тьма отступила, открыв взглядам дюжину бойцов – у одного из них из зубов торчала духовая трубка. Прежде чем он успел дунуть как следует, Эмре всадил стрелу ему в горло, и дротик выпал, слабо ударившись о стену. Рядом, держась за стрелу, свалился его хозяин.

Нападавшие были одеты в таубы, как пустынники, – Рамад догадался, что это и были люди Хамзакиира, явившиеся за эликсирами для своего господина. Рядом с ними, словно псы, припали к земле странные кроваво-красные существа, влажно блестящие в отсветах пламени. Они выглядели так, будто с них содрали кожу, оставив лишь мускулы и сухожилия, соединяющие конечности. Из лбов торчали загнутые назад рога. Глаз не было – лишь широкие ноздри и безгубые рты, ощерившиеся острыми клыками, обломанными, словно эти твари постоянно грызли кости.

— В хранилище! – крикнул Хамид и налег на дверь. Эмре, прикрывая его, выстрелил в одну из тварей, но та ловко увернулась, точно стрела была перышком, медленно парящим на ветру.

«Алу всемогущий, защити», – подумал Рамад. Если Хамзакиир умеет создавать таких тварей, нельзя отдавать ему эликсиры.

Рамад подхватил Амариллис и помчался в хранилище, Люкен потащил за собой взломщика. Не успели они заскочить внутрь, как что-то врезалось в дверь с другой стороны так, что всем, кто мог стоять, пришлось налечь, удерживая ее. Но даже их сил не хватило: тварь смогла просунуть внутрь кровавую лапу. Люкену не повезло, он оказался с краю: когти впились в его левую ногу, потащили.

Все произошло в мгновение ока: вот Люкен кричит от страха, царапая пол, вот отползает внутрь, вот его крик становится воплем, вот дверь захлопывается…

Все обернулись к нему. Кровь хлестала из обрубка, оставшегося на месте ноги, как из фонтана.

— Рамад… – прошептала Амариллис.

Рамад не ответил, взгляд его был прикован к Люкену.

«Алу всемогущий, да мы же все умрем», – подумал он. Эти чудовища… А что с эликсирами? Ведь не все еще потеряно, нужно закончить начатое.

Амариллис дернула его за рукав.

— Рамад. Принеси мне его сердце.

Крики Люкена сделались тише, что-то вновь с силой врезалось в дверь, приоткрыв ее немного, подняв облако серой пыли, – даже десять человек не могли ее удержать. Алая лапа просунулась внутрь, и Тирон попытался отрубить ее, но она изловчилась и с нечеловеческой быстротой выхватила у него меч и утащила.

«Уничтожить эликсиры. Мы за этим пришли.»

Рамад попытался подняться, но Амариллис удержала его.

— Рамад, принеси мне его сердце.

Он уставился на нее.

— Что?

— Ты разве не видишь меня?

Простые слова… Но на Рамада словно чары наложили: на его глазах Амариллис изменилась – то ли сработал какой-то артефакт, то ли кровавая магия рассеялась, но теперь перед ним лежала Мерьям. Рамад встряхнул ее за плечи.