Онлайн книга «Кровь на песке»
|
Опасное, пугающее нечто, которое легко могло поглотить Тарика целиком. Так вот что почувствовала Мерьям, хоть и не могла дать этому названия. У этой сущности не было формы. Брама застонал, заметался, пытаясь ухватить руками воздух. — Здесь другой… другой… — Брама, мать твою, какой еще другой?! И вдруг Тарик увидел то, что искал: чернильные значки на правой ладони Брамы. Он осторожно разогнул его пальцы… Почерк был едва читаемый, но, присмотревшись, Тарик понял, что написано. Ихсан. Зегеб. Кирал. Облегчение накрыло его с головой, будто в чистых водах Хадды искупался. Рука Брамы вскинулась вдруг, словно сама по себе, и схватила его за запястье. Брама приподнялся, глядя ему в глаза. Увидев его шрамы так близко, Тарик невольно поморщился. — Здесь другой… – прошептал Брама, прижавшись лбом к его лбу. – С тобой… — Нет, – как обычно ответил Тарик и вырвался из его хватки. – Я пришел один. На мгновение туман в глазах Брамы рассеялся, взгляд его стал таким же сосредоточенным, как у Мерьям, захваченной властью кровавых чар. Он приподнялся на локте, сапфир блеснул среди завитков на его мохнатой груди. Грани камня испачканы были золой и грязью, но середина мерцала, будто окно в голубую бездну, огромную, больше Отмелей, больше самого Шарахая, затягивающую, если смотреть слишком долго, словно проход в Далекие поля. Что-то гнездилось внутри этого камня, но что – Рамад не мог сходу понять. Низкий голос Брамы заполнил комнату, завибрировал, отзываясь в груди Тарика. — Кто-то следит за тобой. Тарик зарычал, схватившись за голову, – новая волна боли ударила в висок. Так вот почему голова так болела… «Алу всемогущий, Рамад, уходим!» Теперь Рамад разделял ее отчаяние. Он понятия не имел, что там внутри сапфира, и не хотел выяснять, но стоило ему попытаться сбежать, как что-то схватило его, удерживая на месте. «Кто ты?» Жуткий голос раздавался отовсюду и ниоткуда. Кто это говорил? Брама? Чудовище в камне? Было в нем нечто знакомое, и Рамад не мог понять что, пока не вспомнил о пустыне, о твари, убившей отца Мерьям. Гулдратан. Вот на кого это было похоже. Он попытался выбраться, сбросить тело Тарика как плащ и вернуться в свое, но не смог, боги всемогущие, не смог! Мерьям замерла: монстр будто заглядывал в самую ее душу. «Оставь ее!» Рамад пытался бороться, но что он мог? Он не умел пользоваться магией крови, он был обузой для Мерьям. Ее защита распадалась: вот сейчас чудовище схватит ее, а потом придет и его, Рамада, черед… — Брама? – раздался вдруг обеспокоенный женский голос. Брама с Тариком одновременно обернулись к вошедшей Джакс… И видение исчезло. Рамад обнаружил себя в другой комнате, другом доме, совершенно другом конце Шарахая. — Я в посольстве, – прошептал он, задыхаясь, обливаясь потом. Сердце стучало быстро, словно копыта призового жеребца. – Я снова в посольстве… Сперва он сам не мог поверить в это, ужасный голос все гудел в ушах: «Кто ты?», но постепенно слова стали реальностью. Он спасся. Чудом. Мерьям лежала рядом, трясясь, как в припадке: глаза закатились, голова запрокинута, горло конвульсивно дергается. — Мерьям! – позвал Рамад, поддерживая ее голову, пытаясь успокоить. – Мерьям! Но она то ли не слышала, то ли не могла ответить. Ее дыхание стало поверхностным, она с хрипом глотала воздух. Рамад крепко стиснул ее, встряхнул. |