Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 196 – Брэдли Бэлью

Ихсан очень и очень печально покачал головой.

— Но почему же они так поступили?

— Этого я не знаю. Подоспели Девы и зарубили обоих на месте.

Еще одна маленькая правда, разбавляющая ложь.

— Но подозрения ведь у тебя имеются?

Чеда кивнула.

— Я думаю, что то были мужчины из ее племени. Она покинула племя, надеясь начать жизнь заново в Шарахае, а они, верно, поклялись убить ее.

Хоть и редко, но такое случалось – те, кто изменял кочевой жизни и уходил в Шарахай, порой подвергались нападениям своих сородичей, а иногда и членов семьи, за оскорбление старых порядков, за предательство рода.

— Из какого они были племени?

— Моя мать из Масал. Думаю, что и они тоже.

— Ты не помнишь их татуировок?

— Все случилось так быстро… Я помню лишь топот копыт и блеск солнца на наконечниках их копий.

Красивая, складная ложь. Чеда всегда избегала людей, связанных с племенем Масал: даже если Короли захотят больше узнать о ее прошлом в Ямах и на базаре, придраться будет не к чему.

— Что ж, ты была еще мала. – Ихсан ласково улыбнулся ей и кивнул толпе. – Это простительно. – Он пригляделся к лицу Чеды, ее губам, подбородку. – Твоя мать когда-нибудь рассказывала тебе об отце?

— Нет, мой повелитель, иначе я пришла бы куда раньше.

Глаза Ихсана зажглись интересом.

— И почему же так вышло? Ты ведь наверняка спрашивала ее!

И правда, почему? Айя должна была рассказать ей об этом. И, возможно, хотела.

— Я спрашивала, мой повелитель, но она отказывалась говорить о нем и била меня, если я надоедала ей с расспросами.

— Ты, должно быть, была очень своенравным ребенком.

По толпе гостей пробежали смешки.

— Истинно так, мой повелитель, и, боюсь, с возрастом стала только хуже.

Смешки превратились в смех, Ихсан улыбнулся, но остальные Короли так и стояли с каменными лицами.

— Что ж. – Ихсан бросил на своих братьев насмешливый взгляд. – Правды о твоем отце мы, пожалуй, так никогда и не узнаем. Пустыня сохранит эту тайну!

— Истинно так, ваше величество.

— У нас еще будет время поговорить о твоем прошлом. Теперь давай же отпразднуем твое возвращение в родное гнездо. – Ихсан грациозно обернулся к Королям и взглянул на Кирала. – Если никто не возражает.

Чеда понятия не имела, что случится, если кто-то из Королей воспротивится, но им было будто все равно – лишь Кирал кивнул наконец.

Со всех сторон вновь посыпались поздравления. Ихсан взял руку Чеды в свою, и так, парой, они прошли сквозь толпу. Чеда заметила, что таких пар было много, они собрались вокруг, заняли позиции. Ихсан раскрутил ее в танце, приобнял другой рукой. Ладони его были мягкими, от волос пахло миррой. Он смотрел Чеде в глаза так, будто знал ее давным-давно и желал не только потанцевать с ней.

— Заидэ тебя предупредила? – тихо спросил он. – Что на закате тебе предстоит танцевать с клинком.

— Да, она говорила.

Его глаза… Боги всемогущие, как же он красив!

Заиграла музыка: ребаб, флейта и дудук завели медленную мелодию, задевавшую струнки глубоко в душе.

— Она сказала, что тебе пожалуют клинок и танцевать ты будешь с сестрой из своей длани?

— Да, мой повелитель.

— Если пожелаешь, я попрошу Камеил быть с тобой поласковее.

Заидэ говорила, что Камеил – одна из лучших фехтовальщиц среди Дев.

— Никто тебя не осудит, – пообещал Ихсан. – Ведь бывали случаи, когда во время танца проливалась кровь. Да что там, случалось, юные Девы, едва получившие саблю, погибали!