Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 173 – Брэдли Бэлью

— Возможно, в этом и суть.

— Не понимаю.

— Об этом я тоже спрошу у Эмре. Ты знаешь, где он сейчас?

«Да скорее нищему подадут у ворот Таурията, чем я тебе расскажу».

— Я сама только что вернулась.

Рамад внимательно всмотрелся в ее лицо, даже взглянул на руки, пытаясь по любому, самому мимолетному движению определить, лжет она или нет. Значит, нужно следить не только за словами.

— Я говорю правду. – Чеда подняла больную руку. – Это тебе не доказательство?

Он выдохнул. Этот простой жест как будто развеял половину подозрений.

— Порой я перестаю понимать, чему верить. Моя жизнь полна сомнений, Чеда.

— Постой-ка. – Чеда лишь теперь поняла, в чем загвоздка. – Если ты постоянно за ним следил, почему не знаешь, где он сейчас?

— Он что-то заподозрил. Мы потеряли его два дня назад.

— И ты думаешь, что сегодня он вернется?

Рамад пожал плечами.

— Кто знает? Подумал, что он мог бы и вернуться, прикинуться, что ни при чем, чтобы отвести подозрение. Девы теперь будут расспрашивать каждого.

— Верно, – кивнула Чеда, – но по той же причине он может и спрятаться. Он привык бегать от опасных людей.

— Воровал?

— Нет… да. Бывало. Его старшего брата убил наемник из каравана. – Перед глазами у нее встала забытая картина: Саадет, преследующий Эмре по дну канала. – Он был тогда подростком. Пошел к Серебряным копьям, но они только посмеялись над ним. Это был богатейший караван из Маласана, они заплатили Серебряным копьям, чтоб не мешали их ребятам веселиться. Может, поэтому тот наемник так разозлился. Он-то воображал, что весь город у него в кармане.

— Скорблю о его утрате, – помолчав, ответил Рамад. – Я знаю, каково это.

— Да, ты знаешь, каково терять любимых. Но знаешь ли ты, как тяжело сироте выжить на улицах Шарахая? Эмре спас меня, когда я была еще девчонкой. Когда маму убили, он не дал мне броситься к ее телу и попасть под сабли Дев. Он добывал нам еду. Он смешил меня, когда приходилось тяжко. Я многим ему обязана и скажу тебе вот что: Эмре – хороший человек. Он не заслужил, чтобы какой-то богатей из Каимира врывался в его дом и говорил о нем как о преступнике.

— И что я, по-твоему, должен делать?

— Я поговорю с Эмре. Выясню, что происходит, и расскажу тебе обо всем.

Ничего лучше она придумать не могла. Но, по крайней мере, так он не тронет Эмре.

— А если он связан с Масидом?

Чеда сглотнула.

— Об этом я тебе тоже расскажу, Рамад. Клянусь.

Он бросил взгляд на дверь, на закрытое ставнями окно.

С улицы донесся цокот копыт по мостовой, где-то завизжала женщина, заорал мужчина, сталь звякнула о сталь. Девы. Кто знает, куда они едут?

— Хорошо, – сказал наконец Рамад. – Я подожду, но сделай для меня кое-что.

— Что же?

— Тебя скоро представят Королям, так?

— Так.

— Это будет важное событие, Короли посмотрят на тебя и решат, достойна ли ты им служить.

— Но это уже решено.

Рамад удивленно уставился на нее.

— Кем?

— Зеленоглазым Королем.

Кажется, Рамад ожидал от нее более сильных чувств.

— Ты что, не знаешь?

— О чем ты?

— Король Юсам почти никогда не выбирает Дев, Чеда. За все годы, что я служу посланником Каимира, такого не случалось ни разу.

— И сколько ты уже служишь?

— Седьмой год. Но и до этого он не выбирал никого. Он не любит приближать к себе людей. Так почему ты? И почему сейчас?