Книга Стена копий, страница 215 – Брэдли Бэлью

Став увереннее, я страстно захотела погадать матери. Она была так несчастна, что мне хотелось найти в ее будущем светлые дни и рассказать о них. Она отказывалась так яростно, что я поняла: в ней говорил страх, уходящий глубже, чем корни Таурията. Много лет я не осмеливалась просить снова, боясь того, что увижу, но однажды… Однажды я подслушала тихий разговор служанок. Одна из них плакала, вторая ее успокаивала. Я проскользнула в столовую. Плачущая девушка рассказывала, что Тиан, ее брат, красавец, служивший на конюшне, навлек на себя королевский гнев. Онур выехал на прогулку с маласанским принцем. Тиан ехал с ними, в свите маласанских и шарахайских придворных. Скачка была слишком быстрая – в жару нельзя так гнать коней, особенно на большие расстояния. Онур же так огромен, что его акхала устал скорее остальных и начал спотыкаться. Тиан предложил королю своего коня.

«Зачем? – спросил Онур. – Мой справляется». И Тиан решил солгать, чтобы его повелитель не потерял лицо перед гостями.

«Тысяча извинений, господин мой. Я так спешил подготовить лошадей, что забыл напоить его как следует».

«Глупости, – презрительно бросил Онур и, взглянув на остальных, пришпорил коня. – Этот акхала сможет меня довезти до Ишмантепа и обратно!»

Через половину лиги его конь упал. Онура выбросило из седла. Упав, он рассек лоб – этот шрам виден до сих пор. В гневе он выхватил меч, готовый убить зверя, который так его подвел.

«Нет! – крикнул Тиан, заслонив собой акхалу. – Господин мой, это все моя вина! Прошу, возьмите моего коня, а я останусь с вашим, пока он не отдохнет от жары».

Это была серьезная ошибка, Тиан это понимал. Но что он мог поделать?

Онур улыбнулся. Ты его видела, ты знаешь эту улыбку. Голодную. Жадную.

«Хорошо, – сказал он Тиану, – к моему возвращению приведи коня во дворец. Я еще поговорю с тобой о том, как правильно за ним ухаживать».

Тиан сделал как велел мой отец, но так и не вернулся, потому-то служанки так волновались.

«Конечно, он скоро вернется!», – сказала я им, выйдя из укрытия, но они пришли в ужас и отослали меня, велев молчать. Той же ночью я узнала почему. Весь день моей мамы не было: ее вызвали к Онуру. Когда же она объявилась, я пошла к ней и увидела, что она сидит в кресле и смотрит в окно. Она не плакала, но… Я никогда не видела такого взгляда – словно у нее похитили душу.

Заидэ умолкла и взглянула на Чеду. До этого она рассказывала историю, отстраненно глядя вдаль, словно древнюю легенду, повторенную тысячи раз, но теперь остановилась, собираясь с силами, глаза ее забегали, словно она вновь проживала те страшные мгновения.

— Я спросила мать, что случилось, и она протянула мне руку. Ладонь.

Мурашки побежали по спине Чеды, как от порыва зимнего ветра.

— И что ты сделала?

Заидэ вновь взглянула ей в глаза.

— Я мотала головой, умоляла ее, но она была непреклонна, все повторяла: «Ты узнаешь, что за человек твой отец». В конце концов я сдалась. Взяла ее руку и по ладони прочла будущее. Ни до, ни после не было у меня такого ясного видения. Я увидела, как она прячет в туфле тонкий стилет. Увидела, как она идет во дворец Онура. Как бьет моего отца стилетом… Она успела нанести лишь один удар. Несмотря на вес, он могучий воин, сильнее Хусамеддина. Он буквально сломал ее… И больше я ничего не видела.