Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 251 – Жоубао Бучи Жоу

Е Ванси и выглядел привычно, и вел себя по-прежнему, едва ли не еще спокойнее обычного. Возможно, из-за того, что ему долгие годы приходилось очень нелегко, этот человек давно успел смириться со своим бессилием перед жестокой судьбой. Глядя на него, Мо Жань вдруг вспомнил, что в детстве ему страшно нравился один красивый бумажный фонарь в форме пагоды, который продавался на местном рынке.

Тот фонарь был изготовлен с большим искусством, вплоть до кропотливо вырезанных мелких черепичных плиток на крыше, но и цену мастер заломил немалую, поэтому фонарь, несмотря на свою красоту, никак не продавался. Мо Жань, разумеется, не мог себе позволить купить его, однако почти каждый вечер бегал на рынок к тому лотку, чтобы полюбоваться сияющим фонарем-пагодой, и его яркий, праздничный свет отражался в черных глазах мальчика.

Так продолжалось до тех пор, пока в один прекрасный день к лотку не подошла молодая парочка в дорогих шелковых одеждах. Девушке сразу приглянулся фонарь-пагода. Стоило ей лишь мельком кокетливым тоном заявить, что он ей понравился, как ее спутник тотчас вытащил кошель и купил фонарь.

Мо Жань, запрокинув голову, наблюдал за тем, как старый мастер снял фонарь с деревянной подставки, где он так долго провисел, и передал его в руки девушке. Свет качающегося фонаря в последний раз озарил лицо завороженного Мо Жаня, а потом вместе с ушедшей блистательной парочкой навсегда растворился где-то в конце темной улицы.

Мо Жаню тогда было очень горько, но он покорно, со спокойствием в душе перенес эту потерю.

В этом они с Е Ванси были очень похожи. Глядя на нечто красивое и роскошное перед собой, они прекрасно осознавали, что оно никогда не будет им принадлежать. Каждый день озаряемые блеском этой вещи, они, на самом деле, мысленно уже тысячи раз с ней попрощались.

И причина не в том, что им было легко расстаться с красивой вещью, – просто они оба с самого начала ясно понимали, чем все закончится, поэтому никогда даже не осмеливались к ней прикоснуться.

— Настало, настало время тянуть жребий! – Старик-управляющий школы Жуфэн, широко улыбаясь, подошел к главе с большим бронзовым сосудом в руках, украшенным орнаментом в виде переплетающихся ветвей. Подняв сосуд над головой, он почтительно протянул его Наньгун Лю. – Счастливый час настал! Прошу, уважаемый глава, тяните жребий!

— Отлично! Приступайте! Тяните, глава Наньгун!

Наньгун Лю с улыбкой произнес:

— В таком случае ваш покорный слуга не будет медлить. Я вытяну из сосуда двадцать две бирки с именами, и те молодые герои, чьи имена прозвучат, удостоятся чести принять участие в сегодняшней охоте. Если же кто-то желает отказаться от участия, прошу вас заблаговременно сказать об этом! Спасибо, спасибо!

Какое-то время спустя некоторые девушки-совершенствующиеся из духовных школ помельче, не обладавшие ни достаточной силой, ни храбростью, начали подсылать к главе своих родителей, дабы те попросили Наньгун Лю удалить из сосуда бирки с их именами.

Сюй Шуанлинь покосился на Е Ванси и с ленивой улыбкой поинтересовался:

— Не хочешь развлечься, малыш Е? Если решишь участвовать, я непременно придумаю хитрый трюк, который поможет тебе победить.

— Я не пойду, – отказался Е Ванси. – Отец, пожалуйста, подойдите к главе и скажите, чтобы он исключил из жеребьевки и мое имя.