Книга Ловец Мечей, страница 217 – Кассандра Клэр

И они ушли, оставив Лин в некотором недоумении. Обычно ей приходилось прикладывать немало усилий для того, чтобы удалить родственников из комнаты. Она мысленно приготовилась к тому, что за ней, как выразилась Лилибет, будут «следить» и «надоедать с разговорами». Но теперь она осталась наедине с принцем Конором, и это было, наверное, даже хуже, чем присутствие толпы посторонних.

Она не могла не признаться себе в том, что боится. Боится его, боится того, что произойдет дальше. В этом гигантском здании, среди его могущественных обитателей, Лин чувствовала себя такой маленькой и ничтожной. С другой стороны, ведь ее дед в течение пятидесяти лет приезжал в Маривент каждое утро. Разговаривал с этими людьми, работал рядом с ними и на них, требовал их внимания, даже уважения. Да, она не была Майешем, но тоже прекрасно знала свое дело, не хуже других. Разве не было сказано в «Книге Макаби»: «Искусный целитель везде может высоко держать голову; он с достоинством смотрит в лицо высокородным»?

Заставив себя успокоиться, Лин поднялась на возвышение. Принц по-прежнему не шевелился, но дышал чаще. Он хрипел, и казалось, что каждый вдох дается ему с трудом. Лин положила на покрывало сумку, быстро вымыла руки и вернулась к пациенту. Сначала следовало смыть со спины кровь, чтобы понять, с чем она имеет дело. Учитывая его состояние, она понимала, что это будет нелегко.

Лин села рядом с принцем, чувствуя, как подается матрац под ее весом. И поняла, что рубашку с него не сняли. Под ударами плети она разорвалась на полосы, и пропитанные кровью обрывки шелка прилипли к его рукам и нижней части спины.

Действуя очень осторожно, она начала при помощи влажного полотенца убирать кровь с кожи. Тело принца напряглось, спина выгнулась. Он зашипел сквозь зубы. Потом заговорил, и Лин вздрогнула от неожиданности.

— Вы, наверное, сейчас очень довольны, – произнес Конор, повернув голову, чтобы подушка не заглушала его слова. – Вам это нравится, да?

Он говорил довольно громко – она не ожидала этого. Как врач, Лин обрадовалась, услышав сильный, уверенный голос, но в этом голосе была горечь, он сочился ядом. Возможно, именно горечь и сознание унижения поддерживали его среди этого кошмара. Люди черпают силу из самых неожиданных источников.

Лин старалась не прикасаться полотенцем к ранам.

— Смывать кровь? Почему вы считаете, что мне это нравится?

— Потому что… ох! – Конор поморщился и приподнялся на локтях. Под окровавленным шелком бугрились мышцы. – Потому что вы меня ненавидите. Мы это уже обсуждали.

— Если вы не хотели меня видеть, могли бы настоять, чтобы пригласили другого врача, – заметила Лин.

— У меня не было сил спорить с матерью. Это нелегкое дело даже когда я в форме, а сейчас я явно не в форме, сами видите.

Конор оглянулся и посмотрел на нее через плечо. Его глаза блестели, зрачки были сильно расширены. «Шок», – поняла Лин.

— Я могу дать вам морфею…

— Нет. – Он сжал руки в кулаки, скомкал шелковые простыни. – Не надо морфеи. Я хочу все чувствовать.

Она продолжала осторожно убирать кровь с его спины.

— Если вы отказываетесь, потому что боитесь показаться слабаком, то я должна сразу сказать вам вот что. Эта часть самая простая. Раны у вас серьезные. Скоро вы будете визжать, как умирающая чайка.