Книга Терновая цепь, страница 396 – Кассандра Клэр

— Ари… ты с ума сошла… уходи отсюда…

Но было поздно: Стражи окружили их. Анна выругалась и подняла клинок.

— Кадмиэль!

Меч вспыхнул, ослепив Ари; девушка протянула руку и вытащила из-за спины кханду. Она уже не раздумывала; с ней произошло то, что происходило всегда во время сражения, когда ее руками и ее телом управляла как будто бы некая внешняя сила. Безжалостная, мстительная сила.

Она атаковала ближайшего Стража. Существо попыталось отразить удар посохом, но действовало недостаточно быстро. Кханда с тошнотворным звуком рассекла тело. Но тварь лишь отступила в сторону, и Ари стояла с окровавленным мечом в руке, глядя на то, как рана Стража начинает затягиваться.

Ари встретила взгляд Анны и попыталась без слов дать понять, что ей сейчас нужно; она надеялась, что Анна сообразит. Ари снова напала на Стража, принялась теснить его назад, наносила удар за ударом, вынуждала его отступать, маневрировала так, чтобы он очутился в том положении, которое было ей нужно…

За спиной у Стража сверкнул Кадмиэль. Анна рванула капюшон с головы врага и разрезала кожу и мышцы на затылке. Тварь рухнула на землю, задергалась, и демон-химера начал выбираться из тела, которое больше не могло вмещать его.

Ари не стала дожидаться реакции других Стражей; она бросилась вперед, к тому, который в этот момент стоял к ней спиной, сорвала с него капюшон и одним движением уничтожила символ Велиала. Когда Страж упал, она с триумфом обернулась к Анне – но та, сжимая алый от крови ангельский клинок, смотрела куда-то мимо нее. Ее лицо было смертельно бледным.

Ари быстро повернула голову и поняла, в чем дело: во дворе появились новые Стражи. Их было слишком много; вдвоем с ними было не справиться. Анна и Ари пошли на большой риск, оставшись здесь, но теперь это был не просто риск. Это было самоубийство.

Она перехватила взгляд Анны. Долгие несколько мгновений они смотрели друг на друга, прежде чем вместе выступить навстречу демонам.

Теперь их осталось четверо: Мэтью, Алистер, Томас и Корделия.

Они бежали из Большого Клуатра, оставив Анну и Ари вдвоем сражаться со Стражами. При мысли об этом Томасу становилось физически плохо, хотя он знал, что девушки – превосходные воины и что выбора у них не было.

Нужно было добраться до Велиала. Это было важнее всего.

Роль проводника взял на себя Мэтью; открыв тяжелую дубовую дверь, он провел их вдоль южной стены собора, затем они пересекли неф у Западной двери и вернулись обратно вдоль северной стены. Они старались двигаться так, чтобы их не было заметно от главного алтаря; отряд скрывала перегородка, за которой находились хоры. Томас от этого нервничал еще сильнее, потому что он, как и все остальные, знал, что там, на алтаре, сидел Велиал. Одному Ангелу было известно, что он сейчас там творил.

Что бы это ни было, оно совершалось в тишине. Они остановились в начале северного трансепта и прислушались; Томас на минуту прислонился к холодной каменной стене. Немного нашлось бы вещей на свете, которые заставили бы юношу почувствовать себя маленьким и жалким, но его поразила высота собора; ряды неправдоподобно высоких арок устремлялись вверх, напоминая оптическую иллюзию.

Томас подумал: может быть, собор привлек Велиала именно своим огромным размером? Или дело было в торжественной обстановке, в изваяниях воинов и поэтов, королей и государственных деятелей? Он вдруг сообразил, что смотрит прямо на огромную статую генерал-майора сэра Джона Малкольма^[67], лысеющего джентльмена, который стоял, опираясь на каменный меч. Надпись на мраморном постаменте сообщала посетителям, что «его память чтут миллионы, он вписал свое имя в историю народов. Эту статую воздвигли друзья, которых он приобрел благодаря выдающимся талантам, безупречной службе и личным достоинствам».