Книга Терновая цепь, страница 252 – Кассандра Клэр

— Ничего не происходит, – оторвавшись от него, прошептала Люси.

— Не надо говорить за других, – пробормотал Джесс.

— Да нет, я серьезно. Я не чувствую такого, как в прошлый раз, не теряю сознание. – Она подняла голову. – Может быть, мы слишком робко себя ведем. Может быть, от нас требуется нечто большее, чем просто прикосновение. Может быть, дело в… желании. – Она погладила его по щеке, и его зеленые глаза снова вспыхнули. – Поцелуй меня.

Она думала, что Джесс станет возражать. Но юноша промолчал. Прежде чем поцеловать ее, он закрыл глаза, и Люси услышала, как Джесс судорожно вздохнул. Она боялась, что это будет не похоже на настоящий поцелуй, что это будет нечто вроде игры, притворства. Но когда он коснулся ее губ, Люси забыла о смущении, обо всех тревогах и страхах. Они уже успели привыкнуть друг к другу: Джесс знал, что ей нравится, знал ее чувствительные места, знал, где следует задержаться, как ласкать ее. Люси приоткрыла рот; он поглаживал ее шею, а кончик его языка скользил по ее губам. Не только ее тело отдалось этому поцелую; Джесс был в ее мыслях, в ее сердце.

И тогда она почувствовала, что падает.

Люси цеплялась за ощущение близости с ним, за поцелуй, как за жалкий плот в бурном море; Джесс был для нее маяком, который указывал на спасительную гавань, помогал ей не сбиться с пути. У нее потемнело в глазах. Она одновременно находилась в двух местах: в Институте, где целовала Джесса, и в какой-то пустоте между мирами. Светлые точки неслись мимо нее, вращались, образовывали спирали, как краски, которые художник смешивает на палитре.

Светлые точки постепенно становились четче. Оказалось, что это не звезды, как ей показалось сначала, а золотые песчинки. Бесплотный ветер, которого Люси не чувствовала, взвихрил их и унес прочь; сверкающая завеса упала, и перед ней открылся вид на город.

Высокие стены. Уходящие в небо башни, сверкающие, словно хрусталь. Демонические башни Аликанте? Неужели она видит Идрис? В город вели ворота из золота и серебра, покрытые незнакомыми символами, отдаленно напоминавшими Метки, написанные странным шрифтом.

К воротам протянулась рука, длинная, белая. Это была не ее рука – она была огромной и не принадлежала человеку, скорее напоминала руку мраморной статуи. Ладонь коснулась ворот, и кто-то вложил в сознание Люси грубые, хриплые слова:

«Kaal ssha ktar».

Раздался скрежет, стон скручиваемого металла. Перед девушкой замелькали образы: сова с горящими оранжевыми глазами; символ, похожий на печать Велиала, но чем-то неуловимо отличающийся от нее; статуя ангела с мечом, стоящего над поверженным змием.

Наконец появилось лицо Велиала; его губы были растянуты в издевательской ухмылке, глаза были багровыми, как кровь.

Люси издала какой-то сдавленный звук и с усилием отвела взгляд. Вспыхнул яркий свет, потом наступила темнота, и она снова очутилась в комнате Джесса; он держал ее в объятиях и в испуге всматривался в ее лицо.

— Люси! – воскликнул юноша, стиснув ее плечи. – Как ты себя чувствуешь? Ты видела…

— Видела ли я что-нибудь? – прошептала она. – Да… я видела… но я не знаю, Джесс. Я не понимаю, что означает мое видение.