Книга Король старьевщиков, страница 101 – Кассандра Клэр

Сделав глубокий вдох, она наклонилась к королю. От него исходил слабый запах – что-то вроде запаха старых книг и древесного угля. Вблизи она увидела, что они с принцем Конором немного похожи. У короля тоже были серые глаза, прозрачные, как морская вода, хотя кожа вокруг них была испещрена тонкими морщинками.

Приложив свою трубку к груди короля, она прислушалась. Ее нервировало то, что пациент, казалось, даже не понимает, что к нему пришел врач, не замечает ее присутствия, но его сердце билось ровно, дыхание тоже было нормальным. Лимфатические узлы не увеличились, на коже при сильном нажатии не проступали синяки. Он не следил взглядом за ее пальцем, но она и не ждала этого. Он снова ушел в себя, и трудно было представить, что всего несколько минут назад он едва не ударил сына.

— Насколько я могу судить, он вполне здоров, если не душевно, то физически, – произнесла она, отходя. – Он ведь ест, спит?

Принц Конор кивнул.

— Там небольшие апартаменты.

Он кивнул на замаскированную дверь, которую можно было заметить, только присмотревшись хорошенько. Лин разглядела на дереве странные отметины. Черные, как от огня. Возможно, следы какого-то эксперимента.

— Королева заботится о нем, приносит пищу и воду. Иногда это делает Джоливет. Больше я никому не доверяю.

— Может быть, это просто результат потрясения после событий в Галерее? Может быть, они сильно подействовали на его рассудок? – спросила Лин. – Я видела подобное прежде у моряков, переживших кораблекрушение и видевших, как тонули их товарищи. Душе тоже можно нанести раны, как и телу…

— Дело не в этом, – возразил принц. – Вы как-то раз спрашивали меня о его детстве при малгасийском дворе. Отец вернулся оттуда не один. Он привез с собой ученого по имени Фаустен, странного маленького человечка. Они с моим отцом целыми днями сидели, запершись в этой башне, и утверждали, что изучают тайны звезд. Когда в мыслях у отца немного проясняется, он просит позвать Фаустена. Но Фаустен мертв. Несколько месяцев назад отец приказал казнить его.

Лин молчала. Иногда ее пациентам или их родственникам необходимо было выговориться; они сами рассказывали ей то, что ей нужно было знать, следовало лишь внимательно слушать. Сейчас как раз наступил такой момент.

— Я удивлялся, зачем ему нужно видеть человека, которому он не доверял, которого бросил в Ловушку, – продолжал Конор; он имел в виду черную башню, где сидели преступники, приговоренные к смертной казни за государственную измену. – Затем я понял, что ему нужен не сам Фаустен, а то, чем Фаустен снабжал его.

Принц снова взглянул на неподвижное тело, на пустую оболочку, которая когда-то была его отцом, потом пересек комнату, подошел к письменному столу и взял какой-то стеклянный флакон. Во флаконе осталось немного темно-коричневой жидкости. Конор протянул его Лин.

— Он называет это своим лекарством, – поморщившись, произнес Конор. – Видимо, Фаустен регулярно давал моему отцу это варево. Один из телохранителей сказал мне. Однако это все, что осталось; я обыскал комнаты Фаустена, но там ничего нет. Фаустен мертв, и «лекарство» исчезло вместе с ним.

— И что же это такое?

— Это предстоит выяснить вам. Вы врач из народа ашкаров; вы знаете многое о травах и всяких лечебных настоях. Я хочу узнать, что это. Лекарство, яд или… или что-то еще.