Книга Разъяренный дракон, страница 65 – Цинхань Цэцэ

— Я тоже искренне извиняюсь перед тобой, – А-Нань прислонилась к перилам, подперев щеку рукой, и смотрела на него, улыбка на лице постепенно исчезла.

В конце концов она скоро вызволит важного для властей преступника, после этого ей с А-Янем будет трудно общаться. Видимо, вот так и закончится их дружба, сложившаяся за это время. Так что девушка действительно хотела помочь ему разгадать тайну «Шаньхэ Шэцзи», быть может, в таком случае, когда план освобождения Господина завершится успехом, вспоминая А-Яня, она будет не так терзаться угрызениями совести.

Увидев, что А-Нань внезапно замолчала, Чжу Юйхэн тоже не стал ничего говорить, только прислонился к перилам рядом с ней и, ощущая легкий морской бриз, глядел на сияющие точки на стыке моря и неба.

Они не виделись всего два-три дня, но им обоим казалось, что за это время накопилось так много больших и малых событий, о которых хочется рассказать друг другу. И в то же время оба чувствовали, что сейчас, когда они молчат, им тоже очень хорошо.

Теплый морской ветер скользнул по щеке А-Нань, знакомым ароматом гардении пронесся мимо носа и губ Чжу Юйхэна и рассеялся над безбрежным морем, не оставив и следа.

* * *

Корабль быстро шел на веслах и вскоре достиг Хайнина. Пэн Инцзэ на носилках спустили с корабля, чтобы отнести в лагерь. Его левая ступня была частично откушена акулой, вероятно, по возвращении в лагерь его ждала ампутация всей стопы, иначе рана неизбежно загноится, что навредит всему телу.

К счастью, Пэн Инцзэ был человеком жизнерадостным, он только похлопал себя по ноге и сказал:

— Для мужчины и воина такие увечья – не проблема. Мне уже повезло не остаться навеки в брюхах этих рыбин, в отличие от братца Лю Саня и других ребят. К тому же, если бы не А-Нань, мы бы все оставили свои жизни в море. Так что лишиться стопы – уже огромная удача.

А-Нань с тяжелым сердцем смотрела на раненых, которых выносили на берег.

— В армии законы четкие, есть установленный порядок выплат пострадавшим и их семьям, не беспокойся, – утешил ее Чжу Юйхэн.

А-Нань кивнула, отбросила подавленное настроение и вернулась в каюту, где развернула бумагу, позвала Цзян Байляня и стала подробно описывать ему подводную обстановку.

— Подводный город расположен на глубине в пятнадцать чжанов, солнечный свет проникает через морскую воду, видимость хорошая. Город по форме напоминает скругленный квадрат, слегка изогнутый по дуге, примерно сто чжанов в поперечнике, – подробно объясняла А-Нань, одновременно рисуя на бумаге. – В городе есть ворота на востоке и западе, внутри стен дороги узкие, по обеим сторонам – магазины, сзади – дома, в переулках – сады и павильоны. Двигаясь по дороге вверх, упираешься в склон, на вершине которого – башня. Из-за колебаний воды подробно не разглядеть, что на ней происходит, но я своими глазами видела, как из башни вылетели птицы луань, в этом никаких сомнений нет.

— Получается, луань прилетела из башни в подводном городе? – Цзян Байлянь был крайне удивлен.

— И не одна, а четыре! Они одновременно стремительно выпорхнули во все стороны света, – А-Нань приподняла прядь обрезанных волос и показала ему. – Кроме того, мои волосы обрезало, когда я слишком приблизилась к одной из птиц.

Цзян Байлянь смотрел на прядь волос, еще не понимая, а Чжу Юйхэн, до этого молча слушавший их разговор, спросил: