Книга Создатель героев, страница 32 – swfan

Если его не заберёт холера, разумеется.

Детская смертность в этом мире была довольно высокой, а потому Михаил отдельно сделал себе заметку накупить антибиотиков.

Теперь ему оставалось только дождаться, когда Кай вырастет. Благо, делать это в реальном времени было совершенно необязательно. Михаил щёлкнул пальцами, и на экране появился индикатор, который отвечал за скорость течения времени. Последний представлял собой несколько горизонтальных стрелочек. Михаил сразу отметил, что некоторые из них были серыми и показывали в обратную сторону. Он попытался на них нажать, но…

«ОШИБКА! На текущем уровне вам запрещается обращать течение времени».

На текущем… Значит, на одном из последующих у него появится полноценная машина времени?

После этого Михаил проверил, насколько быструю ему позволялось запустить промотку. В этом плане тоже были свои ограничения. В итоге он посчитал и пришёл к выводу, что промотать двенадцать лет, которые оставались до второго «извержения» Проклятой горы, он сможет примерно за шестнадцать часов.

Разумеется, скорее всего ему потребуется намного больше времени, если он будет вмешиваться и наблюдать, и всё равно сама мысль, что он мог просмотреть целую жизнь, великую сагу, всего за два рабочих дня… была на удивление нормальной.

Это как посмотреть средней длины фэнтезийный сериал.

Воистину, кино и книги отравили человеческое сознание и восприятие реальности…

Впрочем, прежде чем превращать происходящее в своеобразный тренировочный монтаж и писать на экране большие белые буквы «ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТСЯ», как это делали в голливудских фильмах восьмидесятых, следовало обратить внимание на ещё одного примечательного персонажа.

Немногим ранее, когда Кая колошматили прочие дети, за ним тайно наблюдала пара ясных голубых глаз, чистых и холодных, как северное небо в погожий день.

Когда торжествующие мальчики вернулись в деревню, между делом обсуждая, как ещё они могут наказать «южного ублюдка», Амели спустилась с пригорка на пыльную дорогу и посмотрела в направлении хвойной чащи, в которой растворился Кай. Примерно через час взволнованный ребёнок вернулся и сразу оторопел, завидев знакомое лицо. Когда же девочка снова ему поклонилась, его захватили смешанные чувства.

Он вспомнил заявление странного человека, которого повстречал в лесу (между делом Кай убедил себя, что это действительно был простой бродяга, а никакой не монстр) и который сказал ему, что именно она была законной владелицей перчатки.

Каю это показалась глупым. Ведь она была безродной крестьянкой.

И тем не менее слова Путника занозой засели в его сердце, и хотя он всё ещё называл Амели «дрянной северянкой», мальчик был уже не таким грубым и не стал отказывать, когда девочка предложила ему целебную мазь, которую украла у деревенского лекаря.

На следующий день они не встретились, и на следующий, и всю неделю, которую Кай провёл под домашним арестом за то, что испортил новый наряд, но, главное, поранился, когда играл в лесу. Когда же его пустили на свободу, его снова побили Грэг и другие мальчики, которые думали, что он прятался от них.

Сама же Амели продолжала встречаться с Каем после его походов в лес. Иной раз она приносили целебный бальзам, которым мазала его дрожащие пальцы; иной раз они просто говорили. Постепенно, сам того не замечая, Кай стал привыкать к её компании. Их встречи становились регулярными; они играли в разные игры, даже северные, когда пытаешься перебросить ветку через ветку, которые он презирал.