Книга Тень, страница 101 – Мо Ленкор

— Внешними факторами! — выдаёт Воздушный, так радостно, будто его за правильные ответы накачивают гелием. — А ещё на рубеже камень на браслете загорается оранговым цветом, а при угрозе — красным.

— Отлично, Воздушный, — выпускает мотивирующую порцию гелия Рори.

— А как понять, что подопечный прошёл рубеж? — Воодушевлённая накручивает синюю прядь себе на палец.

— Вы почувствуете. — Воодушевлённая уже вновь открывает рот, но Рори добавляет: — А ещё при успешном прохождении рубежа камень на браслете перед тем, как погаснуть, станет зелёным. Ещё вопросы?

— А почему у наших подопечных такой разный возраст? — Лицо Прямого непривычно серьёзное.

Рори хмурится и отвечает не сразу.

— Раньше, когда нас было больше, почти всегда нашими подопечными были новорождённые, теперь же … — Рори смотрит в окно, где оранга уже теряет цвет, а потом садится в кресло. Свечи на люстре загораются. — C каждым циклом всё труднее. У многих из нас на браслетах по несколько камней.

Он немного закатывает рукав и проявляет свой браслет, на нём россыпь камней самых разных оттенков. Есть грубые и крупные, есть мелкие и гладкие.

Как же он успевает следить за подопечными, если постоянно носится с нами?

— Не все спр-р-равляются. — Янтарь в его глазах становится более тёмным и тягучим, он переводит взгляд на камин за моей спиной. Я слышу, как начинают потрескивать дрова, и вновь ощущаю едва уловимый запах дыма. — Помните, я говорил вам, что со временем связь между хранителем и его подопечным крепнет? Если подопечный хранителя умирает неестественной смертью, хр-р-ранитель испытывает мучительную боль.

Мне не холодно, только почему-то хочется встать из-за стола и погреть о пламя ладони, но я сдерживаюсь. Когда кажется, что Рори уже ничего не скажет, он продолжает:

— Она такой силы, что ещё ни одна душа не смогла перенести эту боль и остаться в Иривуре. В этом случае хранитель всегда перерождается и вновь становится человеком.

— То есть если умрёт подопечный, умрёт и хранитель? — уточняет Доблестный.

— Душа хранителя не может умереть, но, чтобы вновь попасть в Иривур, ей придётся пройти весь путь от рождения до смерти.

С другого конца стола доносятся шепотки и охи Воодушевлённой. Мне этот вариант не кажется таким уж страшным, и в моём мозгу пролетает около десяти способов гибели человека в собственной постели. А к концу нашего собрания я с лёгкостью назову все пятьдесят.

— А если у хранителя несколько подопечных, какая участь постигнет остальных? — Воздушный ждёт ответа с приоткрытым ртом.

— Камни с их душами поглотит Обитель, и они вернутся в Реку времени.

Прошлый хранитель моего человека что, отправился на Вур?

Скорее всего, другим хранителям везло, и никто из них до меня не вытянул камень с этим экспертом по ничегонеделанию.

— Так вот зачем нужен закон про родственные души! — У Воздушного такие глаза, словно ему сейчас открылся смысл жизни. — Если подопечный умрёт неестественной смертью, хранитель вернётся на Вур, и души не встретятся ни в одном из миров до следующего воплощения!

— Правильно, Воздушный, а теперь всё. Идите работать.

Я жду, пока ребята выйдут из кабинета. Рори переводит на меня взгляд и приподнимает бровь:

— Кажется, совсем недавно я ответил на все твои вопросы.

Далеко не на все, но я осталась не поэтому.