Книга Ворон из пустого гроба, страница 75 – Тисато Абэ

Нуй была единственной дочерью в семье, с которой они дружили домами, но не так давно у нее появился муж, и она снесла яйцо. Она вышла замуж за арендатора, также знакомого мальчику с детства, так что Ко не ощущал больших изменений. Все говорили, что сестрица Нуй стала мамой, но ему это выражение ничего не объясняло.

Он заглянул в хижину: там пахло нагретой на солнце соломой. Обычно матери находились в родильном доме в птичьем облике, поэтому земля была устлана соломой. На полу сидела Нуй, на время принявшая человеческий облик. Она ласково положила руки на яйцо, держа его на коленях.

— Придется тебе стать этому малышу старшим братом! Погладь его!

Ко робко подошел и положил ладонь на белую скорлупу. Поверхность была слегка шершавой. Из окошка под потолком на яйцо падал свет, и оно как будто светилось молочной белизной того же цвета, что и кожа.

— Теплое! Отсюда совсем скоро родится малыш, да?

— Да. У новорожденного цыпленка еще нет волосиков, он может показаться тебе страшненьким.

— Это я знаю.

Ко приходилось видеть только что вылупившихся птенцов. Когда он взглянул на них в первый раз, они напоминали розовых ящериц, и ему стало противно, но чуть позже они удивительно быстро покрылись нежным пухом.

— А когда я был цыпленком, ты ведь присматривала за мной, да, сестрица Нуй? Мне мама рассказывала. И говорила, что теперь я приду ухаживать за твоим малышом.

— Правда? Ко, ты уже совсем большой и станешь хорошим братиком.

— И ты, сестрица Нуй, теперь мама!

Глядя, как ласково Нуй смотрит на яйцо и как нежно держит его, он наконец-то осознал, что она мать. После этого разговора Ко часто украдкой приходил к родильному дому. Его уже отправляли помогать другим собирать хлопок, но все арендаторы работали в поле сообща, и, когда маленького Ко оставляли в огромном поле без присмотра, ему было несложно удрать так, чтобы никто не заметил.

Они жили в бедности, и все же это были счастливые дни. Вообще-то, проблемы росли, как гора. Наверняка не обходилось без забот и тяжкого труда, однако мать с отцом старались, чтобы он этого не чувствовал. В те дни Ко действительно казалось, что кругом царит счастье и мир.

Он родился в местности Хаэ в южных землях, его родина славилась производством хлопка. Климат родных мест лучше других районов Ямаути подходил для этой культуры, и без всякого преувеличения можно было сказать, что вся одежда в Тюо создавалась из хлопка, выращенного в Хаэ.

Самыми большими полями владела семья помещиков, много поколений назад оставивших столицу и перебравшихся в провинцию. Это были отличные хозяева: они расширяли свои поля, улучшали качество посевов и пользовались уважением работников. Наверное, так думали те, кто не знал, что здесь происходило. На самом деле арендаторам приходилось работать в ужасных условиях.

Стоило взять землю в аренду – и хозяева становились господами, пускались на любые уловки, чтобы работники никуда не отлучались, и незаметно начинали обращаться с ними как со слугами. Многие арендаторы трудились в усадьбе вместо прислуги. Здесь никого не считали за людей.

Особенно безжалостным оказался единственный хозяйский сын. Все, что ему приглянулось, – имущество арендатора, его жена или дочь – он забирал себе. Даже если он совершал преступление, за которое полагалась смертная казнь, никто не смел сказать ему ни слова, пусть даже пострадал неместный ятагарасу.