Книга Ворон из пустого гроба, страница 31 – Тисато Абэ

Сигэмару удивленно обернулся. Юкия выглядел так, будто муху проглотил. Акэру бросил на него взгляд и продолжил равнодушно разоблачать происхождение Юкии.

— Его дед – князь Гэнъя и стоит во главе дома военных. Так что этот юноша – четвертый по важности в основной ветви дома: после деда и следующего главы с его родным сыном. Он благороднейший из благородных воронов.

У Кимитики вырвался удивленный возглас, но Юкия выглядел слишком уж равнодушным.

— Что ж, в целом вроде так и есть.

Другие воспитанники замерли, неожиданно узнав об еще одном высоком аристократе. И вдруг по толпе, точно рябь от удара по воде, прокатился шепот, и в коридоре возник Сэйкэн: видимо, его кто-то позвал. Кимитика тихонько прищелкнул языком от досады.

— Что за шум?

И что сказать? Все замолчали, но тут руку поднял Юкия:

— Я поскользнулся и облил сэмпая супом.

Не меняясь в лице, Сэйкэн хмыкнул и повернулся к Кимитике:

— Это так?

Поскольку Юкия действительно начал заваруху, Кимитика не мог не подтвердить. Он недовольно пробурчал:

— Да.

Сэйкэн легонько кивнул:

— Я все понял. Итак, Юкия! Воин не должен вредить другим людям, даже если он упал. Извинись перед сэмпаем.

— Да. Прости, «побег» Кимитика, – послушно склонил голову тот, и сэмпай взглянул на него сверху вниз так кисло, будто раскусил сразу сотню клопов.

Внимательно посмотрев на него, Сэйкэн спокойно продолжил:

— А ты, Кимитика? Неужели не сумел увернуться? Да еще и не сдержал эмоции, накричал на «семечко». Печальное зрелище.

— …Прошу прощения.

— Раз каждый из вас признал свои ошибки, хотелось бы с этим покончить. Возражений нет?

Под невозмутимым взглядом наставника оба ответили:

— Нет.

— Отлично. И подумайте над своим поведением. В наказание приберете здесь вместе. Согласны?

Выходит, обошлось без выволочки. Мальчики ответили: «Есть!» – и Сэйкэн улыбнулся:

— Вот и хорошо.

Однако на этом он не закончил и повернулся к Акэру.

— Спасибо, что попытался уладить ссору.

— Я просто не смог промолчать. Я ведь благородный ворон и на стороне Юкии, – отговорился Акэру.

Все с той же улыбкой наставник кивнул:

— Конечно. Однако в Кэйсоин постарайтесь не обнажать связи между домами. Даже для того, чтобы уладить ссору, не стоило говорить о происхождении Юкии.

Акэру редко получал замечания от наставников. На миг он вытаращил глаза от неожиданности, но тут же свел брови вместе и с вызовом посмотрел на Сэйкэна:

— А вы, учитель, за кого: за молодого господина или за его старшего брата?

Услышав вопрос Акэру, Кимитика сощурился. Взгляды всех воспитанников остановились на Сэйкэне. Тот всегда был мягок и сейчас сохранил легкую улыбку, не показывая, будто вопрос его мог задеть.

— Это бессмысленный вопрос. Господин Нацука ясно выразил намерение служить Его Высочеству молодому господину. Так что деление на сторонников наследника и сторонников его старшего брата, по-моему, неуместно.

— Но ведь это сделали формально! На самом деле двор разбился на две группы, разве нет?

— А если и так?

Акэру все больше возбуждался, хотя Сэйкэн смотрел на него по-прежнему спокойно.

— В Кэйсоин готовят гвардию Ямаути-сю, которая служит дому Сокэ. Непозволительно создавать группировки вокруг кого бы то ни было из дома Сокэ, кроме Его Величества Золотого Ворона. А я наставник в Кэйсоин.