Книга Ворон из пустого гроба, страница 11 – Тисато Абэ

Акэру посуровел и оглянулся на Юкию:

— А ты чего молчишь? Может, тоже скажешь что-нибудь, господин Юкия?

Юкия в затруднении смотрел то на одного, то на другого, а когда к нему обратились, растерялся.

— Прошу прощения. Я как-то не очень понимаю, о чем разговор, вы уж как-нибудь сами… – проблеял он, и Акэру нахмурился.

— Несмотря на то, что он оскорбил Его Высочество?!

Юкия молчал, но в его глазах промелькнула скука. Не то чтобы он не мог ответить – просто не хотел. Заметив это, Сигэмару тоже не удержался.

— Нет-нет, мы не можем говорить об этом, вот и все.

Так и не поняв, почему вдруг изменилась атмосфера, Сигэмару специально сунул свой клюв в перепалку, и все взгляды метнулись к нему.

— Прошу прощения. Мы с Юкией живем в одной комнате, меня зовут Сигэмару, я тоже из северных земель. – С этими словами Сигэмару неспешно поднялся и похлопал по плечу удивленного соседа. – Я ждал, ждал, а очередь до меня так и не дошла, так что начну без разрешения. Я тоже, как и он, поступил в Кэйсоин, чтобы защищать Ямаути. И раз мы оба выросли в одинаковых условиях, позвольте мне ответить: вопрос господина Акэру очень уж сложный.

Услышав шутливую речь Сигэмару, Акэру растерялся:

— Почему?

— Так ведь таким деревенщинам, как мы, не доводилось встречать господ из дома Сокэ. Как же нам возражать и соглашаться, когда вы говорите о людях, про которых мы ничего не знаем?

Акэру умолк.

Похоже, беспечные слова Сигэмару застали врасплох и Кимитику. Он пробормотал:

— Так кому ты собираешься присягать в верности, окончив академию?

— А откуда мне знать? Ведь у меня еще три года. – И Сигэмару расхохотался. – Для начала надо стать Ямаути-сю. Знаю только, что мое место определят мои успехи. Пока неизвестно, к кому из дома Сокэ я отправлюсь служить, но, что бы ни случилось, буду доволен, если моя работа пойдет на пользу Ямаути.

Такая простая логика ошеломила всю столовую. Тут кто-то из «стволов», до сих пор сидевших молча, не смог сдержаться и фыркнул, и атмосфера разрядилась.

— А вообще, Сигэмару прав.

— Занятный парень к нам поступил!

— Кимитика, сядь. Не порть нам праздник.

Кимитика мрачно смотрел на Сигэмару, но с недовольным видом замолчал, повинуясь приказу старшего. Акэру тоже успокоили друзья, и он, пусть не смирился, настаивать все же не стал.

Когда продолжили знакомиться, Сигэмару уселся на свой стул.

— Сигэ, спасибо, – тихонько поблагодарил его Юкия.

Однако тот отмахнулся:

— Не бери в голову.

Он выпил еще чарку и уже собирался сунуть что-нибудь в рот, как подошел хмурый Итирю.

— А ну, идите-ка оба сюда.

Он вывел их из зала и отправил в купальню.

— О, отлично!

— Как хорошо!

Купальня в Кэйсоин была огромная, Сигэмару раньше таких не видел. Они с Юкией залезли в бочку^[5] и расслабились, но тут распахнулась дверь и раздался недовольный возглас:

— Чего расселись? Вы хоть поняли, почему я утащил вас оттуда?

Не дожидаясь ответа, Итирю продолжил, почти крича:

— Это мне старшие приказали! Мне велели побыстрее разъяснить вам все, пока опять чего-нибудь не случилось. Они страшно рассердились!

— А мы-то в чем виноваты? Это все затеял парнишка из Западного дома, – лениво возразил Юкия.

Итирю отступил и наклонился над Сигэмару:

— А ты?

— Сигэ хотел защитить меня, а ведь он ничего не знает про жизнь при дворе, так что же еще он мог сказать? Ты, «побег» Итирю, не помог нам и зря, мне кажется, обвиняешь Сигэ.