Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 45 – Брендон Сандерсон

— Угу, – отозвался Адолин. – Я… тоже об этом думаю.

— Что это значит? – спросил Янагон. – Во что вы верите перед лицом всех этих откровений?

А во что он верит? Хороший вопрос, шквал побери! Когда он в последний раз платил за молитвы, посещал обитель или делал что-то еще из того, что полагалось? Можно было бы предположить, что буквальное нападение Приносящих пустоту должно бы усилить его набожность, а не ослабить. Но потом его отец пошел и перевернул религию с ног на голову, и… и Адолина не покидали вопросы. Если существуют боги, Всемогущий или что-нибудь… разве он не должен время от времени получать хоть немного помощи? Он ведь пытается защитить мир.

Подобные переживания выводили Адолина из равновесия на глубоком уровне. Размышляя об этом, он ощутил что-то от Майи, пусть и издалека. Что-то вроде утешения.

Они продолжили играть, а слуги принесли Янагону еду, вызвав краткий перерыв на обед. Не по всем правилам, просто перекус.

— Серебряные тарелки? – спросил Адолин с улыбкой. – И вилки?

— Хуже. Или лучше…

Янагон поднял вилочку, которую держал в руке. Ее забрал слуга, наколол маленький фрукт и вернул императору.

— …Алюминиевые.

— Алюминиевые?! – переспросил Адолин. – У вас алюминиевые столовые приборы?

— И предметы обстановки, – отозвался Янагон, указывая на стоявшие неподалеку канделябры с церемониальными свечами. – Вот этот сделали из звезды, упавшей во времена моего предшественника. Мы привыкли называть его звездным металлом. Дороже любого самосвета или другого металла. Для императора только лучшее.

— Его можно было бы использовать, – задумчиво проговорил Адолин. – Он блокирует удар осколочного клинка, и другое применение ему тоже есть.

Янагон на миг замер:

— Я всерьез об этом не думал. Пожалуй, следовало, особенно когда алюминиевыми пластинами начали обшивать изнутри мои покои, для защиты от Сплавленных.

Оторвавшись от еды, он дал указания начать сбор металла для передачи оружейникам. В нынешних боях враг не использовал осколочных клинков, но кто знает? Несколько щитов, обитых полосами из этого материала, не помешали бы.

Пока Адолин размышлял об этом, сменились его гвардейцы. Он не удивился, увидев в новой смене Хмаска со счастливой улыбкой на лице.

— Рад вас видеть, друг мой, – сказал ему Адолин.

Хмаск просто кивнул.

— Хотел бы я знать вашу историю, – пробормотал Адолин.

Янагон оглянулся, приняв очередной напиток. Затем обратился к Хмаску напрямую – гвардейцы и помощники понемногу привыкали к подобному. Судя по всему, на чистом тайленском.

Хмаск с удивлением ответил. Заговорил быстро и горячо.

— Любопытно, – сказал Янагон по-азирски. – Адолин, вы помните момент во время битвы на Тайленском поле, когда вы находились в здании, которое атаковало огромное чудовище?

— Громолом, – откликнулся Адолин. – Да. Я не сумел его победить. Честно говоря, едва побеспокоил.

Он мысленно вернулся ко всему пережитому тогда, стыдясь собственной неудачи.

Хмаск продолжал свою речь.

— Там был мальчик, – сказал Янагон, – в здании, которое трещало и рушилось. Помните?

Адолин помедлил, восстанавливая картину.

Хныканье. Перевернутый стол. Шаги громолома, от которых с потолка сыпалась каменная крошка. Мальчик.

— Помню, – сказал Адолин, и Янагон перевел.

Хмаск встал на колени, покачивая усами и бровями, и взял Адолина за руку.