Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 418 – Брендон Сандерсон

— Благодарю, мэм, – сказал Хойд и склонился ниже над столом. – Я не знал, что мне делать. Штука в том, что это восхитительно. В этом и смысл. Потому что, когда рассыпаются предопределенные ответы, решение сводится к тому, кто ты таков. Тогда-то мы и видим нрав человека. Это и есть искусство: когда непроверенное умение сталкивается с незапланированной катастрофой.

Женщина подняла на него взгляд и моргнула:

— Кажется, я понимаю.

— Постойте. Неужели? Что, правда?

— Разумеется, – ответила мажордом. – Вы явились на работу сюда, потому что никто другой вас абсолютно точно не наймет. Хорошо, что вы в состоянии доставить человека туда, куда ему надо.

— Мэм, – отозвался Хойд, надевая шляпу, – вы даже не представляете.

Он развернулся и вышел из приемной под солнечные лучи, уже импровизируя. Сначала помочь управиться с нынешним кризисом на Скадриале.

После этого…

Как бы неприятно это ни было, имелся лишь один разумный выбор. С образованием Воздаяния Хойду требовались союзники, пусть даже ненавидящие его, но способные сражаться с богами.

Придется отправиться на поиски Доблести. Хойд так долго старался манипулировать Далинаром, а в итоге старина Черный Шип взял и сам манипулировал Хойдом – и всеми Осколками до единого.

— Блестящая работа, друг мой, – проговорил Хойд, выворачивая на улицу. – До шквального блестящая работа. Ты дал нам шанс. Надеюсь, мы окажемся этого достойны.

* * *

Калак очнулся в каком-то ярком месте.

На поросшем травой склоне, где растения не прятались. У океана. Настоящий океанский пляж и настоящая трава. Кажется… кажется, он узнал это место.

Аласва? Но она же погибла. Как?

Он съежился, вжал голову в плечи, сидя на склоне, как вдруг услышал голоса. Медленно обернувшись, он увидел на вершине людей. Это был не холм… скорее небольшая гряда, со спуском к песчаному пляжу. За ней простиралась открытая зеленая равнина.

Там стояли люди. Его бывшие друзья. Остальные…

«Я не выжил, – подумал Калак. – Я умер. Отправился на Брейз».

Горящая плоть.

Огонь.

Боль снова и снова…

Да, сейчас все выглядело мирно, но это наверняка какой-то новый вид пытки. Дружелюбная трава и ленивые волны? Это все отберут. Среди собравшихся на вершине три фигуры неправильные. Вот доказательство. Что это за солдат в холинском синем? И та фигура, которую не удается как следует рассмотреть? Должно быть, это спрен Нейла. Но женщина с длинными, развевающимися бело-голубыми волосами? Ей тут не место.

Калак содрогнулся и запаниковал, когда мужчина в синем увидел его и подошел.

— Привет, – сказал незнакомец, присев на корточки на гребне гряды, в нескольких футах от Калака.

— Что это за обман? – резко спросил Калак. – Что ты за Приносящий пустоту?

— Я не из них, – ответил незнакомец. – Меня зовут Каладин. Я… присоединился к вам. Чтобы заменить Йезриена.

— Невозможно.

— Калак, ты меня видел, когда мы попросили тебя поучаствовать в воссоздании Клятвенного договора. Ты был там.

Его ладонь на рукояти меча.

Шанс снова себя проявить. Шанс защитить спренов. Да, он это сделал. Он… помнил… Но это казалось сном, как и ослабление тьмы, что и вдохновило его сделать шаг вперед. Он ничтожество и всегда им останется.

Чужак улыбнулся:

— Ишар изменил принцип действия Клятвенного договора, Калак. Он перенес наше сознание сюда, где враг не сможет до нас добраться.