Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 401 – Брендон Сандерсон

— И… – выговорил Сигзил, лихорадочно соображая и чувствуя, как боль отступает под напором сведений, – и поэтому ты принес его сюда, на его планету?

Шут глубоко вздохнул и кивнул.

— Идиот, – припечатал Сигзил.

— Виноват. Ты сделаешь это, Сигзил? Заберешь?

Что-то затеплилось у него в груди. Способ загладить собственные неудачи.

— Да, Шут, заберу. На этот раз у меня получится лучше. Я исправлюсь.

— Хороший мальчик, – сказал Шут. – Ты ему нравишься. Насколько такой сущности может нравиться хоть что-то. Не думаю, что оно живое, как спрен или сила Осколков. Скорее… ты ему нравишься, как субаксиальному электрону нравится ядро. Ты готов?

Сигзил кивнул.

— Когда явится Вражда, – сказал Шут, – его проявление и присутствие позволит мне провернуть кое-что необычное.

Он поднял устройство, состоящее из нескольких шестеренок и чего-то, похожего на сияющий свет, заключенный не в самосвет, а в склянку в форме песочных часов.

— Извини за предстоящие ощущения, но Осколок Зари, по идее, должен сохранить тебе жизнь. Убирайся с этой планеты как можно скорее. Не дай Вражде до него добраться, Сиг. Наше единственное преимущество состоит в том, что он не знает о наличии Осколка Зари здесь. К сожалению, если он убьет меня, пока я им владею, он обнаружит правду. На тебя он не обратит внимания. Надеюсь. – Он помедлил. – Я отыщу тебя. Обещаю.

Прежде чем Сигзил успел попросить объяснений, он почувствовал, как его душа задрожала. Отдельные кусочки его выстроились под напором накрывшей его силы. Обширной, странной силы, больше бури или даже мира, но способной уместиться в человеческом сердце.

Она была древней. Чудесной и ужасной. Она несла в себе единственную всепоглощающую установку, и она прогремела сквозь Сигзила.

«Существуй».

В комнате стала сгущаться тьма. Шут прилепил к Сигзилу свой прибор и толкнул его назад, опрокинув со стола.

— Таравангиан! – воскликнул Шут, круто развернувшись и разведя руки в стороны с самым невинным видом. – Я тебе рассказывал о том случае, когда я…

Бог волной красного тумана испарил Шута.

Это было последнее, что увидел Сигзил, перед тем как почему-то провалился в Шейдсмар, выпал в отражение той же комнаты на другой стороне, полной света и перепуганных спренов.

* * *

Ренарин стоял на одном из верхних этажей Уритиру, залитом зелено-голубым светом. Всю комнату перед ним заполнил какой-то кристалл, и в центре ее плавала, светясь, тетушка Навани. Неподвижная, с закрытыми глазами.

Она будто спала. Башня продолжала функционировать так же, как с момента пробуждения: лифты, насосы, лампы – все работало как надо, и Сияющим здесь был доступен башнесвет, однако ни с Сородичем, ни с Навани не удавалось связаться.

Перед Ренарином на коленях стояла Ясна, прижав руки к хрустальной стене. Приложив руки к стене рядом с ней, Ренарин расслышал стук сердца тетушки.

— Вы когда-нибудь слышали о чем-нибудь подобном? – спросил он.

— Нет, – ответила Ясна.

Вид у нее был измотанный. Мешки под глазами, макияж смазан, обычно идеально уложенные волосы выбились из кос.

— Нет. Но она вроде бы жива. Она должна выжить… Она мне нужна…

Весь Уритиру охватил световой купол, твердый, как этот кристалл, непроницаемый. Клятвенные врата оказались внутри купола, но не работали. Ренарина с Рлайном переместило на эту сторону в последние мгновения до их остановки.