Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 222 – Брендон Сандерсон

— Тогда, Фэн, что плохого в том, чтобы послушать? – спросил Таравангиан. – В конце концов, это меня отвлечет. Разве тебе не пойдут на пользу продолжительные переговоры? Пока у меня сохраняется надежда уговорить тебя, мне, очевидно, ни к чему будет пробовать другие уловки для захвата города.

Фэн смерила его взглядом.

— А, шквал побери! – пробормотала она себе под нос. – Это и в самом деле ты?

— В самом деле я, – подтвердил Таравангиан. – Ясна, ты же получила подтверждение от своего Шута?

— Получила.

— Передай ему мои извинения за то, что пришлось внести изменения в его память. Он почти сразу сообразил, что я не Рейз, а я тогда еще не решил, как лучше себя явить. – Таравангиан снова взмахнул рукой перед собой. – Почему бы нам не присесть и не побеседовать? Обещаю во время нашего разговора не применять никаких хитростей против вас и не устраивать атак на город. Такого рода обещание божественные силы вынудят меня сдержать.

Ясна посмотрела на Фэн, и та посмотрела в ответ. В конце концов обе взяли стулья, что напомнило о том, как Далинар требовал, чтобы все сами вносили свои сиденья в Уритиру, и поставили их в центре зала, образовав круг с Таравангианом. Тот со вздохом развеял свои табуреты.

— Как это будет происходить? – спросила Фэн, садясь. – Ты приводишь доводы, а Ясна их опровергает?

— Вообще-то, – улыбнулся Таравангиан, – я полагаю, мои доводы за меня приведет Ясна.

— Что?! – воскликнула она, чуть не рассыпав сложенные на коленях стопки бумаг.

— Ты, Ясна, – сказал Таравангиан. – Ты та причина, по которой Фэн решит присоединиться к моей империи. – Его улыбка стала шире. – Спасибо за службу на протяжении всех этих лет. Итак, приступим.

Каладин с копьем в руках отступал от Нейла, оценивая поле боя. Внутреннее помещение старого монастырского здания, крыша обрушена, по левую руку – каменные блоки от обвалившейся большой печной трубы, ближе к центру зала – обломки осыпавшегося очага.

— День, о котором я предупреждала, почти настал, – шепнула Ветер. – Буря. Завтра. Ты нужен мне завтра.

— Тогда мне придется выжить, – заметил Каладин. – Могу я рассчитывать на твою помощь?

— Я слаба, Каладин. У меня… остался только голос.

Но без доступа к способностям Нейл – просто человек, разве нет? Одетый в черное противник рассек воздух осколочным клинком, стоя в десятке футов от Каладина и пристально следя за ним. Он не торопился начинать схватку.

В период оккупации Уритиру Каладин получил массу возможностей освежить старые навыки боя без способностей. Он утвердился в стойке, нацелив копье на Нейла. Тот наконец пришел в движение, смещаясь вправо по периметру зала, мимо Сзета, скрежеща сапогами по камню. Обернулся лицом к Каладину, остановившись у стены, на самой границе ее тени, а затем рванул вперед на солнце.

Каладин копьем отбил клинок в сторону, но не поддался искушению атаковать. Это была проверка, ведь Нейл, вооруженный не копьем, а мечом, проигрывал в дальности удара. Он обошел Каладина – каждое движение отточено, каждый шаг выверен – и снова атаковал. И снова Каладин отразил удар, хотя точность движений и отсутствие всякого выражения на лице противника выводили из равновесия.