Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 145 – Брендон Сандерсон

Он в один удар сердца призвал клинок и поднял его, мимоходом отбив нацеленный ему в шею удар. Подался вперед и посмотрел ей в глаза.

Так и есть.

— Я не буду с тобой драться. Не буду тебя убивать. Поступай, как должна.

Он снова отбросил меч и сел.

— Сзет! – закричал спрен.

Носительница Чести еще раз замахнулась дрожащими руками. Клинок замер на волосок от шеи Сзета.

Он взглянул ей в глаза, пока она стояла над ним, и понял, что ее раздирает внутренний конфликт.

Собравшись с силами, она сжала клинок двумя руками и замахнулась снова, но опять остановилась за миг до удара.

— Неужели они все позволяли мне побеждать? – спросил Сзет. – Неужели все это какой-то обман ради того, чтобы я думал, что чего-то добиваюсь?

— Нет! – сказал ему на ухо спрен. – Им всем положено пытаться тебя убить!

Закутанная в серое фигура отступила назад, тихо буркнув, затем вновь побежала на него, будто заставляя себя. Однако ей не удалось его поразить, и она, отпрянув, пошла в обход вокруг него.

— Сзет, послушай, – не унимался спрен. – Ты сделал неверный вывод. Происходит нечто странное, но не то, что ты думаешь. Носителям Чести положено сражаться с тобой в полную силу. По-твоему, затягивание в Шейдсмар было обманом?

— Нет.

Все предыдущие бои казались отчаянными, а в последнем монастыре его попытались ударить в спину. Его хотели убить.

Но эта женщина… он не ошибся насчет нее. И, кроме того, он так устал убивать.

— Почему? – спросил он обходившую его фигуру. – Почему ты сдерживаешься?

Она сорвала ткань с головы, открыв взору коротко стриженные каштановые волосы и лицо – изменившееся с годами, как и его собственное. Загрубевшее. Отмеченное шрамами. Но все равно до боли знакомое.

— Элид, – выдохнул он.

Очевидно, сестра пошла учиться, как всегда и хотела.

— Дерись со мной, Сзет!

— Нет.

— Ты разрушил нашу семью! Уничтожил наше имя! Меня всю жизнь преследовали рассказы о тебе. «Бесправедник», – шептали они, как будто ты болезнь, способная распространиться. – Она выставила меч в его сторону. – Дерись!

— Элид…

Он поднялся на ноги.

— Мать умерла, – бросила она. – Ты знал? Опухоли. Умерла. Скончалась. Тебя здесь не было. Держать ее за руку пришлось мне.

Он помедлил.

— Отец… – отвела взгляд Элид. – Отец мертв. Его… забрал Голос…

Сзет испытал странное чувство покоя от осознания, что Элид может его убить и он не станет защищаться. Он вспомнил, как не так давно отчаянно хотел, чтобы кто-нибудь его убил. Сейчас его мысли стали… сложнее. Но вместе с тем это облегчение, это… эта эмоция. Это…

Это спокойствие. Он спокоен. Даже голоса притихли.

Он… он готов. Он наконец-то готов.

Он встал и шагнул к ней, протянув руки. Элид подняла меч, целясь ему в шею, но по тому, как дрожало оружие, Сзет понимал, что она не хочет причинять ему вред. Он устремился вперед, пока она не отпустила клинок, а когда оружие расточилось туманом, обнял ее.

— Мне полагается тебя убить, – прошептала Элид. – Когда ты отбыл, я выиграла собственный клинок, чтобы доказать, что я не слабая, не бесправедница. Но твоего отъезда в конечном итоге оказалось недостаточно. Ты все равно разрушил мою жизнь.

— Прости.

— Меня оно… тоже забрало. Тьма. Голос. Ты знаешь?

— Знаю.

— Я не могу думать, Сзет. Не хотела думать. Почему ты бросил меч и просто сел? Зачем так поступать? Даже если узнал меня по голосу, ты должен был понять, что я была готова тебя убить. Почему ты поверил, что я этого не сделаю?