Книга Открытая вражда, страница 132 – Владимир Мясоедов

— Да, надежды моих родителей не очень-то и оправдались. Кажется даже меньше, чем моя служба в армии, — поморщился бывший калека, которого со службы выпнули, поскольку было слишком дорого лечить. — Рабочий день на манафактуре, куда её направили отрабатывать долг за обучение, длится по четырнадцать часов в сутки, шесть дней в неделю кроме воскресенья. Деньги платят не сказать, чтобы большие, но зато щедро назначают штрафы за износ оборудования, за перерасход ингредиентов, за недостаточную продуктивность, за попытку принести еду из дома, вместо того, чтобы покупать её в столовой, где цены почти как в ресторане, а вкус словно у свиней в помойном корыте. Луиза знает целых шесть рецептов зелий, но все десять лет своей службы варила только одно из них, а остальные сейчас, наверное, уже позабыла почти. И кашляет, испарений надышавшись…Плохо кашляет, иногда даже с кровью.

— Тяжкая участь ей выпала, — посочувствовал чародей незнакомой ему девушке. — А что, этот кровавый контракт…С юридической точки зрения его расторгнуть можно? Или для этого обязательно нужно сам артефакт уничтожить?

Глава 17

О том, как герой привыкает к топорам, химичит со временем и оказывается застигнут врасплох глубинным ужасом.

В славном городе Париже имелось много мест, где никто не задавал вопросов. Никому. Никогда. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока за ответы никто не предложит действительно хорошую сумму, пока ради данной информации не приставят нож к горлу или же пока творящейся там возней не заинтересуются высокопоставленные офицеры жандармерии, что получат нужные им сведения совершенно бесплатно и с куда большей скоростью, чем обладатели толстых кошельков или острых предметов…Но случалось подобное редко, ведь чужую приватность в столице Франции старались уважать и портить репутацию и ей, и себе без очень серьезного повода оказалось бы просто опасно для дальнейшего ведения бизнеса в этой стране. И потому когда один из довольно дорогих складов, стоящих гораздо ближе прочих к центру города, но все же сдаваемых в аренду, вдруг поздним-поздним вечером почти в районе полуночи пожелала арендовать группа странных и удивительно пухлых личностей в скрывающих все и вся балахонах, то желаемое они получили. Причем без всяких документов, если не считать за последние увесистые желтые кругляшочки разных стран мира. Про то, что в глубине капюшона в свете фонарей виднелись традиционные османские мантии и чалмы, хозяин данного помещения никому просто так рассказывать не собирался. Как и про то, что внутри затащенных на принадлежащую ему территорию крупных бочек и ящиков кто-то изредка шебуршался. Проверять у иностранных гостей лицензию на работорговлю или освобождать незаконно похищенных людей не входило в его круг обязанностей. А уж заботиться о чужих невольниках, которых почему-то решили транспортировать таким своеобразным способом, этот уважаемый человек и вовсе согласился бы исключительно за тройную оплату.

— Привыкли руки к топора-а-ам… — Напевал вскоре Олег, вскрывая грудину своего пациента. Сделать это было, мягко говоря, не так-то просто, особенно с учетом ужасно некомфортной одежды, скрывающей под собой чародея. Балахон и трофейные османски тряпки он с себя давно уже скинул…Только вот наверчены они были на покрывающий все тело герметичный костюм из резины, не пропускающего наружу ни единой молекулы запаха. А ещё опытному целителю приходилось буквально с ювелирной точностью передвигать округлую толстую рукоять почти треххметрового хирургического орудия, сжатую в его ладони.