Книга Огромный хаос, страница 36 – Владимир Мясоедов

— В первую очередь — менталист, а во вторую — демонолог. Как и его свита, ученики, потомки…И это в четвертых, — Олег кровожадно оскалился, всем сердцем желая, чтобы на сей раз противник им бой таки дал. Ну, вернее попытался. — Как боевые маги османские мозголомы редко способны чего-то показать, а с учетом начавшегося вторжения разнообразные инфернальные стражи и наемники не напали на хозяев, так дезертировали. Те их одаренные боевые рабы, кто не погиб в войне до недавнего момента, почти наверняка крутились при визире, будучи готовыми в случае нужды защитить его, пусть и ценой свой жизни. И на призыв к оставшимся дома на хозяйстве османам, осмелившимся его провести, если кто и явится, то сразу попытается призывателей сожрать, наплевав на прежние договоренности. Начни мы штурм поместий, могли бы еще возникнуть проблемы, но вот покинуть хорошо укрепленную позицию ради того, чтобы нам настучать, оставшиеся на хозяйстве второсортные чернокнижники и солдатики вряд ли осмелятся. А осмелятся — им же хуже.

— Мне нравится подобная добыча, — оскалилась Доброслава, в которой видимо инстинкты хищника взыграли. — Она жирна и слаба…И какова же тогда пятая причина именно на эти земли налет устроить?

— У Чатурведи и других центров силы Северного Союза с конкретно этими османами никаких дружественных отношений или экономических связей нет и не было. В отличии от обид за действие их рейдеров-людоловов, периодически здесь разбойничавших. — Пожал плечами чародей, спланировавший полноценную войсковую операцию с учётом, в том числе, и политических её последствий. — А потому мы можем себя не ограничивать ну вот вообще ни в чём, и индусы количеству устроенных жертв и разрушений или же объемам захваченной добычи только похлопают одобрительно.

Глава 6

О том, как герой «сочувствует» своему другу, отказывается от денег и решает немного расслабиться.

— Стефан, дык, опять остался на хозяйстве…Расстроится, стал быть, теперь. — Тихонько прогудел Святослав, оставляя свои попытки вырастить прямо на палубе кустик свежих спелых помидоров-убийц и с видимым наслаждением подставляя лицо набегающей струе холодного свежего воздуха…От которой даже эскимос, облаченный в свои национальные одежды, веками приспосабливаемые к жутким холодам, предпочел бы укрыться в какой-нибудь ямке, а лучше бы в теплом т хорошо отапливаемом домике. «Тигрица» шла довольно высоко, дабы избежать лишних встреч, а потому температура за бортом летучего корабля, ну и на его верхней палубе была, мягко говоря, не самой приятной.

— Ничего-ничего, ты у меня тоже со следующего раза будешь в походы летучие корабли один водить, — «подбодрил» своего друга Олег, утирая градом льющую со лба вода. Сплошная сфера жидкости, которой он себя окружил, дабы она играла роль надежного щита, из которого для контратаки опытный гидромант вполне может вырастить шипы или там пару щупалец, в основном показала себя неплохо…Даже медленные и массивные мушкетные пули эти чары, носящие название «Эгида Нептуна», уже останавливали через раз, а против куда более массивных и потому обязанных в ней застрять стрел или там чьих-нибудь зубов заклинание сработало бы еще лучше. Только вот по какой-то причине потолок оставшейся внутри громадной капли пустой области регулярно подтекал. — Впрочем, от возни с документацией и расшаркиваний с местными аристократами, без которой ни одной нормальной сделки не заключить, нашего Чингизида сферического в вакууме это все равно не спасет, поскольку я буду дневать и ночевать на налаживании всяких разных промышленных производств.