Книга Тактический рывок, страница 118 – Владимир Мясоедов

— Пф, нацепил на себя доспех с чужого плеча и вообразил себя великим воителем, мерзавец? — Продолжал нарываться атаман банды, медленно вставая со своего места. — Думаешь, если рядом с тобой кого-то удачно убило ядром, то это делает тебя…Крх…

Бросок черного каменного кинжала, возникшего в руках рыжеволосого непонятно откуда, он увидеть успел. И успел уклониться, а также поставить перед собой надежный защитный барьер из сгущенного воздуха ну просто на всякий случай. И еще успел порадоваться своей предусмотрительности, поскольку оружие в сторону вильнуло…А после небольшой но удивительно тяжелый клинок глубоко вонзилось в живот солдата удачи с преступным прошлым, легко пропоров его доспехи и одной лишь силой удара отбросив атамана на несколько метров. Причем корчащийся на полу от боли бандит с ужасом ощутил, как силы покидают его, жизненные силы, безжалостно высасываемые артефактным лезвием. Его бывший соперник в стрельбе по светильникам с криком рванул из-за стола, вскидывая массивный полуторный меч…И оказался с размаху впечатан в стену, да так, что содрогнулась если и не сама стена, то по крайней мере вделанные в неё окна, поскольку его руку с оружием рыжеволосый европеец перехватил, а после использовал в качестве рычага, добавляя к набранной индусом инерции свою собственную силу.

— Это мои доспехи, но да, ядром меня действительно убило удачно, — хмыкнул иностранец, устраиваясь на нагретый атаманом стул. Кинжал сам собою вылетел из раны стонущего на полу от боли наемника-бандита и влетел в руку владельца, на чьей спине, как оказалось, была еще одна большая дыра в латах. С выгнутыми наружу кусочками металла. — Сдох без мук, а после повезло воскреснуть. Причем на корабле, который мои парни все-таки сумели захватить.

— Ха! Звучит как история, которую нужно услышать, — однорукий кшатрий отсалютовал рыжеволосому своим бокалом. Остальные посетители ресторана же если и хотели вмешаться в происходящее, то вперед истинного мага решили не лезть. Пусть тот лишился одной из рабочих конечностей, но волшебники подобной мощи были опасны, даже они вообще шевелиться не могли. — Только не похожи эти задохлики на вояк, способных захватить корабль. Тем более это же был летучий корабль, верно?

— А разве здесь на поле боя были еще какие-то? — Вопросом на вопрос ответил рыжеволосый мужчина. Его подчиненные же тем временем хранили напряженное молчание и явно нервничали. Руки парочки из них лежали на рукоятях оружия, а еще один тискал в руках подозрительную блестящую пластину, сильно похожую на одноразовый боевой артефакт. — И еще сегодня утром подчиненных у меня была целая сотня.

— Эти — все, кто остались? — Во взгляде индуса-кшатрия мелькнуло нечто похожее на уважение.

— Эти — те, кто подобно мне были мертвы. Уцелевшие полтора десятка у целителей лежит и от ран потихоньку лечатся, а потому они свое получат позже, когда врачи разрешат. — Рыжеволосый сказал об этом с такой непреклонность, что стало сразу ясно — остановить его вряд ли хоть кто-нибудь сумеет. Возможно, с этим не справится даже смерть. — Когда чертов канонир развернул на меня свою пушку и выпалил в упор, я думал, что все, это конец…И мне конец, и их перережут, поскольку на каждого бойца врагов оставалось штук по тридцать, и корабль этот чертов продолжит ядрами во все стороны сыпать…А потом вдруг открываю глаза, вижу этого вашего горбатого архимага и узнаю, что парни справились! И даже не сильно ту деревянную калошу побили при самостоятельном приземлении!