Книга Близкие враги, страница 136 – Владимир Мясоедов

— Кхм! — Чуть дернул щекой Чатурведи, видимо ожидавший от иностранного наемника какой-то другой реакции. Или, по крайней мере, других слов. Вероятно местные воители на известие о том, что им довелось победить магистра, реагировали куда более бурно, радуясь своей удаче, восхваляя богов или прославляя свой героизм, дабы удобнее потом было клянчить от властителя подарки, причем честно заслуженные подарки. В принципе Олег бы подобную победу тоже очень высоко оценил, но напавший на «Тигрицу» богатырь по его мнению одаренным шестого ранга все-таки не являлся. Возможно здесь, на окраине цивилизованного мира он бы и сошел за такового, благодаря отсутствию серьезных конкурентов, но этот трехглазый даже и близко не соответствовал тому уровню опасности, который бы чародей ожидал от кого-нибудь из старших учеников того же Саввы. — Конечно, мы сделаем это, не дело, чтобы ваши лучшие воины, продемонстрировавшие в бою свою доблесть сгнили заживо изнутри...Но я искал вас не только для этого. Трофеи после битвы по праву достаются победителям, а поскольку именно ваш дракон сокрушил ставку командования наших врагов, ваш корабль обрушил на них мощь своих орудий, и ваши бойцы захватили обоз, ситуация складывается...Не совсем однозначная. И уже раздаются голоса в пользу того, что ваши солдаты взяли себе более богатые трофеи, чем им полагалось.

— Ну-да, ну-да, — подумал чародей, стряхивая с пальцев кровь и вытирая руки. Имелось у него острое подозрение, переходящее в железобетонную уверенность, что спасать жизни ему сегодня больше не придется. А вот отнимать очень даже может и потребоваться. — Сражались там исключительно мои люди, но когда дело раздела трофеев дошло, то неожиданно выясняется, что воевали-то мы, оказывается, все вместе...

О том, как герой радуется своим врагам, общается с соотечественником и поражается чужим аппетитам.

— Ааа! Твари! Убью! — Командование союза северян расположилось практически в точно таких же шатрах, как и их противники, и стоило лишь Олегу войти в помещение штаба, площадью вполне сравнимого с крытым ангаром, как он оказался вынужден уворачиваться от живой торпеды, что попыталась с малоцензурным ревом его протаранить. Торпеда эта была широкоплечей, светловолосой, бородатой, облаченной в малость потрепанный и попачканный кровью английский мундир, обладала довольно развитой аурой сильного и опытного истинного мага, а также не могла толком драться из-за скованных за спиною рук, и только последнее обстоятельство спасло ей жизнь. Чародей не ударил мчащегося на него громилу топорами, которые машинально выхватил, а всего лишь пнул в живот, отбрасывая метров на пять или шесть. Обычного человека подобный удар мог бы искалечить или, как минимум, заставить на очень долгое время позабыть об окружающемся мире, скрывшемся за пеленой боли, но у этого типа даже дыхание не сбилось. Какие бы методы не использовали индусы, дабы лишить своего пленника способности к использованию магии, но по всей видимости на свойственную организмам одаренных аномальную живучесть они особо не повлияли. — Канальи! Ваши жизни окончатся на виселице! Слышите меня?! Вы заплатите! Вы все заплатите!!!

— Ургх...- Поморщился с ясно видимым презрением и толикой как минимум моральной усталости еще один английский офицер, в отличии от светловолосого здоровяка выглядящий безупречно: бело-красно-золотый мундир едва ли светился изнутри, таким он был ярким причем без всякой магии, и на одежде этого денди не удалось бы найти ни одной даже самой маленькой соринки или пятнышка. А еще его не связали, лишь обезоружили, допустив к победителям практически в святая святых — место собрания руководящего состава. — Господин подполковник, прошу вас, ведите себя прилично! Учитесь проигрывать с достоинством...