Книга Сахарок, или Все наоборот, страница 74 – Марина Бастрикова

Саша вздохнул и облокотился на стенку лифта, напомнив мне о своей претензии, что я скучная. Паша же вообще чуть ли не стек по стенке в сидячее расположение. Поэтому я решила убить сразу несколько зайцев: взбодрить ребят, доказать, что я нескучная, и добавить историю в копилку рассказов для Али.

— Вам, наверное, интересно, зачем я вас всех здесь собрала? – спросила громко на весь лифт и посмотрела каждому едущему с нами в глаза.

Какой-то женщине с пакетом, мужчине в слишком теплой для сегодняшней погоды куртке и подростку с наушниками в ушах. Все, кроме последнего, напряглись и на мой прямой взгляд ответили недоуменным. Женщина вообще испуганно выскочила из лифта, стоило дверям открыться.

Ну и ладно, я привыкла к репутации припадочной.

Мужчина же усмехнулся, но бочком-бочком, чтобы не пересечься со мной, вышел из лифта. Подросток, похоже, ничего не слышал из-за музыки в наушниках, он единственный поспешил на выход, не обращая на меня внимания. Но среди подростков жуткую репутацию я все равно уже успела заработать, так как именно среди них были местные «гопники», которые решили однажды дободаться до «мелкой», то бишь меня. Очень пожалели об этом и обходят вот уже несколько лет стороной, хотя вымахали до огромных мужиков. А все потому, что против кирпича нет приема.

Мы вышли из лифта, и я увидела, как Сашка смотрит на меня восхищенными глазами. Я так себя почувствовала… так… потрясающе, что готова была учудить сейчас что угодно, лишь бы он и дальше продолжал на меня так смотреть. Хотя, наверное, все же в будущем стоит его вдохновлять не своей придурковатостью, а, например… целеустремленностью? Других положительных качеств у себя не помню.

Кажется, я действительно злая мачеха.

Дяди Гриши на месте не оказалось, или кутит в каком-то из гаражей с кем-то из местных дружбанов, или жена на фоне общения с детьми простила его. Кинула взгляд на разочарованных отсутствием веселого деда детей. Эти объединят и примирят, наверное, кого угодно.

Повезла детей в поликлинику, не сообщая, что я беспокоюсь о состоянии Пашки. Саша, зайдя в здание, с интересом осматривался, а его брат поежился. Кажется, он действительно, как и я, не любит больницы. Но, похоже, все еще хуже, вон как побледнел.

— Мы из-за меня приехали, да? – понятливо спросил он, кинув на меня виноватый и потерянный взгляд.

Я кивнула, сглотнув ком в горле. Какая реакция странная. Оба парня сразу решили, что мы приехали сюда из-за Паши. Может, мальчик чем-то болен или просто сам по себе болезненный пацан?

Так как мы заранее не записывались, нам пришлось посидеть в очереди. Я наблюдала за Пашей, он подошел к кулеру и пил один стаканчик за одним, складывая их в стопку у себя в руке. Это сколько он, получается, только что выпил, литра два? Или три?

Мимо проходила тетка и вдруг вырвала из рук Паши стаканчики, сразу заорав на него:

— Ты что делаешь? Одним стаканчиком воспользоваться никак? Зачем столько пластика портить, думаешь, после тебя, больного, кто-то из них пить будет? Нет, на мусорку отправятся, пластика и так…

— Эй, дамочка! – прикрикнула я на нее, встала, нажав на плечо Сашки, чтобы он тоже не вставал на разборки. Нет уж, я наконец-то дорвалась до ссоры и собиралась оторваться! – Кого и нужно на свалку, так это тебя, отстань от ребенка! – подошла и попыталась «нависнуть» над дородной теткой, хотя это было проблематично с моим ростом и ее комплекцией, но я прекрасно все компенсировала агрессивным тоном и тяжелым взглядом.