Книга Горизонт Неизбежности, страница 19 – Дмитрий Полометин

— Здесь все актуальные данные, шеф. По нашим сведениям, апатриды аккумулируют силы на нескольких укрепленных объектах и готовятся к активным боевым действиям.

Смерив его хмурым взглядом, директор вздохнул:

— Ясно. А хорошие новости есть?

— Да, шеф. Этим утром пришел в сознание главный подозреваемый по делу о гибели станции «Вайнона». Ему уже предъявлены обвинения, сейчас он находится под стражей.

Русаков удивленно поднял бровь:

— И какое мне до этого дело?

В ответ на вполне резонный вопрос Дитковский неожиданно улыбнулся:

— На первый взгляд никакого. — Он сделал интригующую паузу. — Но на допросе обвиняемый рассказал крайне любопытную историю. С его слов перед взрывом они застали на станции двух ученых, один из которых представился доктором Джозефом Бромли. А когда рейнджеры попытались вызвать подмогу, их атаковал пиратский рейдер.

Александр Анатольевич посмотрел на него удивленно:

— Подожди… Ты сказал, Бромли? Тот самый ученый с Авантиса, которого мы подозревали в сотрудничестве с Консорциумом?

Влад довольно кивнул:

— Так точно, шеф. Сам по себе рассказ рейнджера звучит бредово, если бы не эта маленькая деталь. Ведь одно время мы даже следили за Бромли, но он так ни разу и не попался. Поэтому наблюдение было снято, а дело передано в архив.

Русаков озадаченно нахмурился:

— Да, я помню ту историю. Ладно, считай, что ты меня заинтриговал. Теперь, пожалуйста, по порядку. Что за «Вайнона»? И чем она могла заинтересовать доктора Бромли?

— Производственная станция, висела на балансе у фармакологической компании с Момори. Выпускала линейку иммунных препаратов, но за два года до тех событий была законсервирована.

Директор оживленно потер ладони:

— Так-так. Это значит, что на станции была отличная лаборатория, а также производственный цех. Что весьма удобно, если нужно без лишней огласки произвести партию чего-то запрещенного.

Референт согласно кивнул:

— Совершенно верно, шеф. С учетом всего, что нам известно о Бромли, у него действительно мог быть мотив там находиться.

— Ладно. И что там произошло?

— Год назад в одной из лабораторий сработала тревога. Патрульный катер отправился на разведку и перестал выходить на связь. Прибывшие следом спасатели обнаружили обломки станции и сгоревший катер. Трое рейнджеров погибли, выжил только старший офицер.

— И в чем его обвиняют?

Влад развел руками:

— Нарушение техники безопасности и еще несколько статей по мелочи. Но есть важный нюанс. Во время взрыва квантовый реактор станции пошел вразнос и выжег всю электронику в округе. Черный ящик тоже сгорел.

— Какое удобное совпадение. Значит, никаких следов не осталось, а все улики косвенные?

— Верно, шеф. Но прокурор упирает на тот факт, что «Вайнона» в тому моменту была уже два года как законсервирована. Следовательно, никаких ученых там бы и не могло.

Обдумав услышанное, Русаков кивнул:

— Значит, попытка свалить все на пиратов не удалась. Ладно, а что там со старшим офицером?

— Он сильно пострадал, врачам пришлось буквально собирать его по частям. Но сегодня утром он пришел в себя.

Директор покачал головой:

— Вот так история. И что из себя представляет этот рейнджер?

— Обвиняемого зовут Пол Волков, шеф.

Русаков вздрогнул и замер, сверля подчиненного напряженным взглядом. Истолковав его реакцию по-своему, Влад пожал плечами: