Книга Турнир Родов, страница 99 – Дм Норт

Ударить. Убедиться. Отойти. Ждать Хранителей.

За несколько дней Турнир успел научить его тому, чему он никогда не собирался учиться.

Нуня подошёл, держась за бок и бережно поджимая раненую лапу.

— Победили?

— Да.

— Хорошо.

Бес сел прямо на песок.

— Тогда я немного полежу.

Хранители уже несли тело Дубровского к саркофагу. Маленьких бесов выпустили внутрь, крышка закрылась, и через несколько мгновений над ареной раздался удар колокола.

— Тринадцатая жертва принесена.

Под императорской ложей перевернули ещё одну плиту.

На Турнире осталось три участника.

Через несколько часов их должно было стать двое.

* * *

Лекарь хотел увезти Игоря сразу после боя, но тот позволил только быстро перевязать плечо и бок в служебном проходе.

— У вас снова разошлась старая рана.

— Вижу.

— Она сбоку.

— Тогда чувствую.

Лекарь посмотрел на него с выражением человека, который уже пожалел о выбранной профессии, и затянул повязку сильнее необходимого.

Игорь остался.

Второй полуфинал начинался почти сразу.

Когда на арену вышел Александр Долгорукий, Игорь увидел его иначе. Сначала Александр был главным фаворитом Турнира. Потом стал фамилией, которую невозможно было отделить от убийства Олега. Затем появился молодой Долгорукий, Елизавета и разговоры о Воронцовых. За несколько дней человек на арене успел превратиться для Игоря в слишком много разных вещей.

Теперь всё стало проще.

Между ними оставался один бой.

Если Александр выиграет.

Его соперником был Волконский. Газеты считали его единственным из оставшихся участников, способным всерьёз нарушить ожидаемый финал. Первые минуты подтвердили, что писали это не только ради продаж.

Волконский не позволил Александру спокойно забрать центр. Его бес несколько раз вытеснял Грома, сам Волконский атаковал коротко и быстро. На третьей минуте Долгорукий получил порез по предплечью.

Игорь невольно подался вперёд.

Александр посмотрел на кровь.

Ничего не изменилось.

Через несколько минут Волконский заставил его отступить почти к внутренней линии. Трибуны загудели громче. Кто-то рядом с Игорем сказал:

— Вот теперь интересно.

Игорь не ответил.

Он смотрел на Александра.

В предыдущих боях Долгорукий казался почти идеальным именно потому, что всё шло по его плану. Сейчас план не работал.

И только теперь стало понятно, почему он действительно считался фаворитом.

Александр не попытался немедленно вернуть потерянное пространство. Не бросился вперёд после ранения. Не стал доказывать, что сильнее. Отдал ещё несколько шагов, посмотрел, изменил положение Грома.

Волконский решил, что давление работает.

Через минуту уже он оказался в неудобной позиции.

Гром отсёк его беса от центра. Александр заставил Волконского развернуться туда, куда требовалось, и за несколько движений весь рисунок боя изменился.

Волконский ещё раз сумел прорваться и ранил Долгорукого в бедро. Александр пошатнулся. Трибуны вскочили.

Он снова не разозлился. Просто перестроил стойку так, чтобы меньше нагружать раненую ногу.

— Плохой человек, — сказал Нуня.

Игорь повернулся.

— Почему?

— Не паникует.

— Это делает человека плохим?

— Для нас — да.

Через несколько минут Волконский погиб.

Не легко и не красиво. Но после того, как Александр понял, как драться в новом рисунке боя, всё постепенно стало именно к этому идти.