Книга Последний берег, страница 89 – Олег Плескач

«Вроде складно говорит, — подумал Максим, — но все равно, может, она — шпионка? Слишком уж она добрая к тем, кто ее хотел убить и силой утащил неизвестно куда. Может, ее специально отправили, чтобы за ними проследить, а потом она бы сбежала к своим? Хотя один из ее бойцов перед смертью сказал, что Крюков не хотел ее отпускать. Значит, она сама пошла, но зачем?»

— А что? Мешаю? — спросила она.

— А ты хочешь домой?

Таня задумалась.

— Там скучно, — ответила она, — даже общаться не с кем. Девчонок там мало, а те, что есть — забитые, задёрганные, мужья им лишний раз из дома выходить не велят, не то, что дружить с кем-то. Меня не трогают, потому что я дочка командира. Хотя, некоторые пытались клеиться, но быстро отлипали. Я решила стать бойцом, а не зашуганной домохозяйкой. И на спецзадание по внедрению в тыл противника я сама вызвалась.

— Какое задание? — спросил Максим, но тут же осекся, вспомнил, — а, ну да, к Петровичу.

— Да, хотя меня папка долго не хотел отпускать — рисковать единственным ребёнком, типа. А я уже давно не ребёнок! Я хотела доказать, что я взрослая и крутая.

Максим поморщился.

— И как тебе? Понравилось спецзадание? С дедом в шалаше…

Таня перебила.

— Тьфу ты, да не спала я с этим вашим дядей Вовой, если тебе так интересно. Хотя он иногда и пыта…

— Ну, понятно, понятно, — отмахнулся Максим, — ладно, проехали.

— Но было интересно, — улыбнулась Таня, — я, типа, собирала разведданные. Для меня это было приключением. Меня папка потому и отпустил в итоге — решил, что мне надо перебеситься и самой повзрослеть. Я слышала, как он это сказал одному из своих замов, который его отговаривал.

Она достала портсигар, зажгла папиросу.

— На самом деле, так и есть, — продолжила она и выпустила колечко дыма.

Замолчали.

— А скучать не будешь? — спросил Максим, — ведь не факт, что мы вернемся.

— Не знаю, — пожала плечами Таня, — наверное, буду. Но мне там всё так надоело…

— Меня тоже отговаривали, — заметил Максим, — мне тоже всё надоело. Ну, ясно же, что здесь у нас будущего нету. Хотя, конечно, я буду скучать.

— Ладно, хорош нудить, — перебила Таня и улыбнулась, передала ему папиросу. Горький соленый дым наполнил грудь, стукнул по вискам. Снова захотелось спать.

Таня хлебнула еще отвару, потянулась. Потом достала из рюкзака маленькую расческу, круглое зеркальце и стала расчесывать волосы.

— На кого я стала похожа? — приговаривала она, — ужас!

— Нормально, — успокоил Максим. Ему показалось, что в ее всклокоченных волосах было свое очарование — энергия в ней бьет ключом, а девать ее некуда. Да и вообще — для жизни в таких диких условиях она была на удивление симпатичной и казалась вполне здоровой.

Она повернулась к Максиму, хихикнула: «Не смотри!»

— А ты правда студентом был? — спросила Таня, закончив причесываться.

— Да, успел побыть, — ответил Максим и передал ей папиросу.

— И как? Понравилось?

— Конечно — мне казалось, что мне открыты все дороги, что всё только начинается.

— А я до пятого класса доучилась, а потом сюда попала — меня папка на летних каникулах в это плавание взял. Я давно хотела на белых медведей посмотреть — вот он меня и взял.

— Вот и посмотрела, — грустно усмехнулся Максим.

— Первого медведя я завалила в четырнадцать, — заявила Таня с гордостью.