Книга Интеграция. Том 1, страница 108 – Роман Добрый

— Знаешь, Темный. Я не буду выворачивать сейчас перед тобой душу. Ты еще не готов мне поверить. А я не хочу снова ощущать то, что чувствовал в детдоме.

Снимаю перчатки.

— Но, я кое-что, тебе покажу. То, во что верю, то, что считаю единственно верным и достойным мужчины. Ничего не хочу навязывать, просто расскажу, а выводы ты сам сделаешь.

Скидываю с себя куртку, и заворачиваю до плеча правый рукав водолазки, под которым прячется забитая, от запястья до плеча, рука.

— Это кельтская и славянская руника. Образы. Руны. Элементы легенд и приданий. Вот это, чуть ниже локтя — как будто повязка, с изображением иссеченного шрамами казака на фоне коловрата. Моя вера. Вера в то, что сильный, должен защитить слабого. В этой вере нет места соплям про подставить вторую щеку. Только то, чему столетиями учили нас предки и род, до принятия христианства. То, что родилось не в сытой златоглавой церкви из камня и роскоши, но у дикого огня первых поселений, во времена суровых испытаний и ежедневной борьбы за сохранение племени. Вот эти руны по кругу — каждая из них имеет значение. Я не буду переводить их все, достаточно этих трех. Они звучат так: Сила, Есть, Мир. Для меня, это значит, что лишь сильный, может сохранить мир. А его сохранение, есть наивысшее проявление силы.

— А эти тени?

— Это те, кто встанут за твоим плечом, если будешь достаточно сильным, чтобы вести за собой людей. Твои предки, твои потомки, твои друзья, твои единоверцы, твои братья и сестры.

— Зачем?

— Чтобы дать отпор. Отстоять убеждения. Я не приветствую насилие, но не бегу от него. Это честная вера. Если будет необходимо лить кровь и отнимать жизни, чтобы защитить моих людей, я сделаю это. Сделаю не задумываясь.

— Странный у нас разговор получается. Сидим на развалинах о религии говорим.

— Нормальный. Разговор двух мужчин за которыми стоят жизни доверившихся им людей.

— Ты считаешь меня равным себе?

— Без тени сомнений.

— Возьми — он возвращает мне пистолет.

— Артем. Я приглашаю вас присоединиться к нам. Всех вас. У нас есть еда, относительный комфорт и безопасность, насколько это возможно в это смутное время. Есть перспективы стать достаточно сильными, чтобы устанавливать свои правила. Да, за это нам еще предстоит побороться и сделать предстоит еще очень многое, но я уже рассказал тебе о том, во что верю. Понимаю, тебе требуется подумать. Это правильно. Ведь ты в ответе за тех, кого защищал все это время. Но какое бы решение ты ни принял, позволь помочь уже сейчас. Приходите в гости. Горячий душ или ванная, баня, чистая, мягкая кровать и нормальная еда, это то, что поставит вас на ноги. У нас есть двадцать четыре часа, чтобы вы смогли передохнуть и хоть немного восстановиться. Даю слово, вас никто не станет неволить или принуждать к чему-либо. У тебя достаточно силы, чтобы проконтролировать это и наказать нас и меня лично, в случае нарушения данного сейчас и здесь обещания.

— Заманиваешь сладкой жизнью?

— Нет. Прошу помочь ее достичь.

— Уходи.

— Темный….

— Я сказал — уходи. Мне нужно подумать. Мы дадим тебе знать о своем решении.

….

— Пост в канале. У нас гости с той стороны.

— Пропустить — выбираюсь из объятий любимой и иду к воротам.

Мы с ней валялись на травке, потягивая холодный чай. Естественно, обсуждали увиденное в ноде соседей. Нападения от сирот мы не ждали. Не верю я в такое. Не производит маг впечатление хронического идиота, чтобы пойти на такое безрассудство. Слишком велика разница возможностях. Он силен. Очень. Но мы сильнее. И Темный это прекрасно понимает.