Книга Гибнущий мир, страница 76 – Карина Крылова, Александр Ситнов

— Что ты делаешь? – угрюмо спросила она.

— Не беспокойтесь, этот дикарь вас больше не обидит! – стараясь скрыть неловкость за улыбкой, выкрикнул Квинт.

— Он ничего мне не сделал!

Злой румянец, появившийся на девичьих щеках, привел Квинта в замешательство. Он застыл с оголенной рапирой, в неуверенности смотря на девушку.

— Не сделал?

— Нет!

Девушка недобро прищурилась и положила руку ему на грудь, отталкивая от себя. Она смотрела на него как на пустое место и продолжала толкать, пока Квинт не отошел на приличное от чужака расстояние.

— Ты вообще кто? С чего решил, что он навредил мне? Единственный вредитель здесь – это ты!

— Я?! – От возмущения и глухой обиды Квинт не сразу сообразил, что сказать.

— Да, ты!

Квинт перевел растерянный взгляд на, как оказалось, молодого парня. Он хмуро стоял за спиной у разъяренной девушки, все еще держа в руках оружие, но нападать не спешил.

— Вы… Ты – я видел!

И тут Квинт подумал, что она наверняка понятия не имела, с кем стоит рядом, из-за чего и защищала газдаладца. А его, Квинта, задача – растолковать ей, что к чему!

— Я шевалье и никак не могу являться преступником! В отличие от вооруженного газдаладского наемника!

Девушка презрительно посмотрела на него и промолчала. Квинт засомневался, не подвели ли его глаза. С чего вдруг наемнику досталась защита, а ему, честному плательщику податей, служившему на благо города, – ненависть? Он начал вспоминать все, чему стал невольным свидетелем, от начала и до конца, и с сожалением и великой скорбью вынужден был признать, что действительно не видел никакого нападения.

Квинт нахмурился, чувствуя, как стыд наполняет его душу, заставляя отводить глаза. Молчание затянулось, и он нервно дернул подбородком.

— А я ведь тебя знаю. – Голос девушки смягчился, и Квинт, полный надежд, нашел в себе силы оторвать взгляд от парапета. – Ты тот парень, что ходит в заброшенный квартал. И ты все-таки стал шевалье. Поздравляю!

За все время, что Квинт жил в Аталейне и ходил к храму, он всего единожды встретил там человека – девчонку лет пятнадцати, три или четыре года назад. И с изумлением понял, что перед ним стояла именно она. Чувствуя себя все более виноватым, Квинт убрал рапиру и нашел в себе силы лишь на то, чтобы кивнуть.

— Прошу прощения, что помешал. И за недопонимание тоже прошу прощения. Я не до конца разобрался в ситуации и чуть было не опозорил мундир.

Мужчина напротив тут же убрал клинок, поправляя потрепанный плащ.

Уходя, Квинт услышал обрывок их разговора, от которого на душе стало еще хуже.

— Почему он так внезапно набросился?

— Потому что я из Газ-ан-Далада. Отношения между городами на грани войны, а он, как ты слышала, из отряда шевалье Аталейна.

— И часто с тобой так обращаются?

— Постоянно.

— Неужели с торговцами происходит то же самое?! – Чем дальше Квинт шел, тем возмущеннее становился голос девушки. – А ведь ты только что спас мне жизнь!

— Нет, просто по мне видно, что я не торговец.

Дальнейший разговор Квинт уже не услышал. Он брел, опустив голову. Настроение было испорчено. Он считал, что в нем нет предрассудков. Мнение о газдаладцах в народе сложилось не на пустом месте, но все равно Квинт почему-то чувствовал себя виноватым, что полез в драку, до конца не разобравшись. Его ведь могли за это выгнать из шевалье.