Онлайн книга «Кто правит миром. Том 1»
|
Если за порогом смерти нас ждет новая жизнь, пусть эта мелодия будет нашим секретом – даже через тысячи перерождений, даже когда моря превратятся в тутовые поля, мы все равно встретимся, откликнувшись на ее зов. Второй день четвертого месяца Ю-ван устроил пир для талантливых кандидатов со всего мира во дворце Цзиньхуа и отправил приглашение Фэнси, но после возвращения с горы Тяньчжишань та пребывала в подавленном настроении и все время проводила в своем дворике. Вот и в этот день она была вялой и не хотела никуда идти. — Зачем идти во дворец? Смотреть, как принцесса Чуньжань золотой кистью отметит своего жениха? Какое мне до этого дело? – фыркнула она. В полдень Фэнси отправился на пир. Глядя ему вслед, Фэнси насмешливо улыбнулась, но в ее сердце почему-то разлилась горечь. Она глубоко вздохнула, покачала головой, отгоняя мысли, вынесла во двор кушетку и легла погреться на солнце, говоря себе: «Какой прекрасный, спокойный день, зачем искать себе неприятности?» Она не хотела задумываться о том, что глубоко ее беспокоило, да и то, что ее вообще что-то беспокоит, не желала признавать. А где-то во дворце Цзиньхуа Фэнси пребывал в растерянности. Разум подсказывал, что в присутствии Ю-вана, соперников Хуан Чао и Юй Уюаня, а также других талантов и особенно сегодня, в важный день выбора будущего мужа принцессы Ючжоу, он должен был быть предельно сосредоточен и осторожен. Но как только он вошел в зал, его охватило беспокойство. — Господин Фэн. Услышав зов, Фэнси резко очнулся – оказалось, что Хуа Чуньжань уже пришла и сейчас стояла перед его столом, глядя на него прекрасными глазами, исполненными чувств. Ну да, пир уже наполовину закончен – настало время принцессе выбирать жениха. Сегодня Хуа Чуньжань была особенно красива и величественна. Она была одета в розовое придворное платье, волосы уложены в прическу «порхающей богини», украшенную большим фениксом. На висках пряди ее волос тоже придерживали заколки в виде фениксов с нефритовыми жемчужинами. Брови тонко подведены, губы слегка подкрашены, на белоснежных щеках, стоило ей взглянуть на него, проступил легкий румянец – поистине редкая красавица, каких мало в мире. Его беспокойный разум в этот миг стал тихим и ясным: Хуа Чуньжань – не она! Не она! Фэнси резко встал, и от его движения стол пошатнулся. Этот легкий звук привлек внимание всех в зале – кто-то смотрел оценивающе, кто-то с любопытством, кто-то с завистью, кто-то с недоумением, кто-то с презрением… — Господин Фэн. – Хуа Чуньжань, видя, как он резко встал, решила, что он нервничает. Подумав об этом, она почувствовала и смущение, и сладость, и рука ее в рукаве невольно сжалась. Это он, это должен быть он. Ее глаза, подобные осенней воде, нежно смотрели на него, рука слегка поднялась, шелковый рукав соскользнул, обнажив кончики пальцев, подобные нефритовым побегам, между которыми мелькнуло золотое сияние – это была… — Я вдруг вспомнил о неотложном деле, которое не закончил, и должен откланяться. Прошу Ю-вана и принцессу простить меня. – Фэнси шагнул вперед, поклонился Ю-вану и Хуа Чуньжань, а затем, не дожидаясь реакции, широкими шагами вышел из зала. В зале поднялся шум, Ю-ван был в ярости, Хуа Чуньжань потрясена, даже Хуан Чао был озадачен. Только Юй Уюань опустил глаза и тихо вздохнул, затем поднял чашу с вином и осушил ее одним глотком. |