Книга Кто правит миром. Том 1, страница 156 – Цин Линъюэ

Белая фигура, опустившаяся на озеро, запела громкую необычную песню, ее голос звучал как пение иволги в пустой долине. Она касалась кончиками пальцев ног цветов, изящно танцуя, а когда ее тонкие руки плавно двигались, широкие рукава ее одежд взмывали в воздух. Легкая, как испуганный лебедь, изящная, как играющий дракон… Ее черные длинные волосы развевались, как шелк, скрывая нефритовое лицо.

В этот момент головы у мужчин в павильонах у озера закружились, они могли ясно видеть белую фигуру, поющую и танцующую над водой, но не могли рассмотреть черты ее лица. В памяти их запечатлелся только этот танец на цветах, только нежная гладь воды да небо, отражающееся в озере. Много лет спустя люди сложили легенду о выборе мужа принцессой Чуньжань, которая распространилась по миру, но позже кто-то проболтался, что принцесса Чуньжань в тот день на самом деле была Белой Фэнси, притворявшейся ею. Настоящая принцесса Чуньжань хотя и обладала красотой, способной покорить страну, но не имела такого непревзойденного мастерства боевых искусств.

— Господа, раз вы уже видели меня, пожалуйста, отправляйтесь в главный зал, разве это не невежливо – заставлять отца ждать?

Белая фигура закончила петь, взмыла в воздух и наконец изящно приземлилась в павильоне, где находился Хуан Чао.

Уходить остальным очень не хотелось, но они не осмелились остаться. Через мгновение все они уже шагали ко дворцу, размышляя про себя, кто же был в том павильоне, кто мог снискать благосклонность принцессы?

А тем временем Хуан Чао и Юй Уюань, которые изначально сидели в креслах, невольно встали, когда белая фигура приземлилась перед ними.

Фэнси посмотрела сначала на Хуан Чао, затем на Юй Уюаня. Она не могла им не восхититься, неудивительно, что его называли первым молодым господином Поднебесной. Даже если не говорить пока о его внешности и манерах, просто глаза его, которые, казалось, могли вместить весь мир, были невероятными. В этих глазах не было ни капли эгоизма и тьмы, присущих людям, только нежность, спокойствие и сострадание, они были словно самое спокойное и тихое озеро.

По сравнению с Юй Уюанем все остальные люди имели недостатки. Фэнси по сравнению с ним был слишком возвышенным, ему не хватало непринужденности; Хуан Чао по сравнению с ним был слишком высокомерен, ему не хватало спокойствия. Он, должно быть, был небожителем из Било, пришедшим на банкет у Небесного пруда, но по некой причине его временно сослали в мир смертных.

Хуан Чао не моргая смотрел на женщину в белом перед собой, его глаза горели. Он смотрел на нее долго, очень долго и наконец, не в силах сопротивляться желанию в своем сердце, подошел к Фэнси и тихо сказал, словно давая клятву:

— Если однажды я буду править Поднебесной, ты выйдешь за меня замуж и станешь императрицей?

— Нет. – Женщина ответила прямо, без малейшего колебания, и отступила на три шага.

— Ха-ха-ха-ха… – Услышав это, Хуан Чао не проявил ни малейшего гнева, только громко рассмеялся. – Среди женщин Поднебесной только ты можешь так отвечать мне!

Юй Уюань тихо смотрел на женщину перед собой.

Белая одежда, черные волосы, такая простая и чистая, как черные горы и белые воды на картине.

Ее брови были приподняты, глаза смеялись, в улыбке таилась тайна, чувственные губы так и манили… Казалось, ничто в мире не могло окрасить ее лик печалью, никто не мог окутать эти прозрачные глаза туманом горя, эта улыбка, подобная цветку, казалось, никогда не исчезнет и не поблекнет, она будет оставаться яркой до конца времен.