Книга Кто правит миром. Том 1, страница 129 – Цин Линъюэ

Идеальный мужчина, который является девушке только в мечтах, оказывается, существовал на самом деле. Поэтому служанки павильона Лохуа краснели, видя его, становились слишком нервными, чтобы говорить, теряли самообладание под его взглядом… все это, по мнению Линъэр, можно было простить, ведь она сама была такой.

Пока Линъэр предавалась своим мыслям, она пристально смотрела на беседку Аньсян.

Хуа Чуньжань и Фэнси, окруженные сотнями цветов, издалека выглядели как идеальная пара, словно бессмертные возлюбленные с картины. Любой, кто сейчас видел их, мог бы только искренне позавидовать и восхититься их союзом. И Линъэр, глядя на них, погрузилась в свои мысли. Только… в этой картине, казалось, было что-то раздражающее, она внимательно присмотрелась и сразу разозлилась – когда эта Фэнси там оказалась? Снова мешает принцессе и господину Фэну!

— Красавица Хуа, не стоит так ходить! – Хуа Чуньжань только собиралась поставить шахматную фигуру, как ее внезапно перехватили и поставили в другое место.

— Красавица Хуа, ты должна ходить так, а затем этот лис обязательно пойдет сюда, а ты потом сюда, он снова сюда, а ты затем вот так, и в конце… видишь, ты полностью окружила его, ему некуда бежать! Ха-ха… это называется «поймать Черного Лиса живьем», ха-ха-ха-ха… – Руки Фэнси двигались над шахматной доской, и менее чем за мгновение она сама закончила всю партию.

Хуа Чуньжань посмотрела на доску, а затем искренне похвалила:

— Оказывается, барышня Фэн так искусна в шахматах.

Ее шахматному мастерству обучал известный мастер Ючжоу, и она всегда гордилась своим умением, но за эти дни она сыграла с Фэнси десять партий и ни в одной не победила. Текущая партия, где она опять проигрывала, после вмешательства Фэнси внезапно превратилась из поражения в победу.

— Хи-хи… Не то чтобы я была искусна, просто я хорошо знаю лисью натуру. – Фэнси с улыбкой оперлась на стол и, повернув голову, смотрела на Хуа Чуньжань. Эта привычка появилась у нее недавно, по ее словам, смотреть на лицо красавицы полезно для глаз.

А вдалеке Линъэр скрипела зубами, сжимала руки, топала ногами, с ненавистью глядя на Фэнси. Конечно, она никогда не признала бы, что завидует ей.

— Говорят, что мир боевых искусств полон грубых людей, но я не согласна, – сказала Хуа Чуньжань, глядя на них, в ее глазах было восхищение. – Скажите, все люди из мира боевых искусств такие же, как вы двое, осведомленные в поэзии, искусные в шести искусствах, знающие сотни школ, понимающие военное дело и фехтование? Даже князья и их сыновья не сравнятся с вами двумя.

— Хи-хи… – Фэнси улыбнулась, подпрыгнула и села на перила беседки, и, свесив ноги вниз, стала болтать ими. – Я тоже хочу спросить, все ли принцессы такие смелые, как ты, рискующие принимать во дворце людей из мира боевых искусств неизвестного происхождения?

Хуа Чуньжань оглянулась на Фэнси и увидела, что он тоже внимательно смотрит на нее, словно ему было очень любопытно, что она ответит.

Она тут же мило улыбнулась, кончиком пальца закрутила прядь длинных волос, спадающих на грудь, медленно и тихо сказала:

— Причина, по которой Чуньжань осмелилась пригласить вас двоих погостить во дворце, в том, что Чуньжань верит, что она не ошибается в людях. – Она сделала паузу, и ее взгляд упал на море цветов за беседкой. Она смотрела немного рассеянно, словно видела далекое будущее. – Такие необычные люди, как вы двое, для Чуньжань, которая всю жизнь будет жить за стенами дворца, – это редкая встреча, возможно, самое интересное, самое запоминающееся событие в жизни Чуньжань, поэтому, получив такой шанс, я должна дорожить им.