Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 13 – Наталья Резанова

Король посещал Тысячекратную Убийцу редко, чаще – его советники или доверенные лица. О чем говорят они с ведьмой, что творит она для них, посетители не рассказывали. Разузнать иным способом было нельзя – слуг ведьма не держала. По крайней мере, слуг из плоти и крови. Ибо если король и ближние его что-то требовали от Аойфе, из Тысячекратной Убийцы также поступали заказы – на шахты, литейные заводы, к кузнецам, столярам, стеклодувам. И шептались между собой мастеровые, и кружили среди ремесленников различные толки, вроде того, что желает его величество создать для себя армию наподобие той, что была у древнего владыки Союзной империи. Одни говорят – из металла были сделаны те солдаты, другие – из камня, забылись подробности, но будто бы Аойфе по королевскому повелению ищет секрет. Это бы и понятно, это даже похвально. Но не только в ремесленных мастерских получали заказы из Тысячекратной Убийцы. Из тюрем, с позорных помостов везли в Тысячекратную Убийцу мертвые тела – те, на которые указал король. Самое верное гадание – то, что на внутренностях, так верили в древности, и что вернее может быть потрохов человека? А что, думали люди, если тюрьмы шлют в башню не только казненных, но и обреченных на смерть? И слухи о некромантии и кровавых ритуалах находили новое подтверждение, и название башни обретало прямой смысл.

Так проходили годы, потом десятилетия. Король Садалан скончался, престол занял его сын, носивший то же имя и, в принципе, продолжавший ту же политику. Он не увеличил расходы на армию и флот, но в отношениях с королевством Герне, Лунными островами и герцогством Нанна предпочитал интриги, включавшие брачные, торговые и военные соглашения, разоренным же Михалем пренебрегал. Держал пышный двор, устраивал празднества, покровительствовал искусствам и ни в коем случае не пренебрегал почитанием Семерых, напротив, количество столичных храмов в его правление заметно выросло.

Но Тысячекратная Убийца никуда не делась, и ведьма в башне – тоже.

Находились скептики, утверждавшие, будто это совсем не та Аойфе, что жила при старом Садалане. Это, мол, очередная хитрая уловка, оттого-то женщина и сидит почти безвылазно в башне – чтоб никто не замечал подмены. И что таким манером можно хоть бессмертной эту ведьму представить. Но, поупражнявшись в остроумии на эту тему, скептики некстати припоминали, что чародеи, согласно древним хроникам, жили гораздо дольше обычных людей – если их не убивали. (Впрочем, считалось, что раньше и обычные люди жили дольше, чем теперь… и вода была мокрее, и трава зеленее…) Проверить же, в самом ли деле ведьма бессмертна, охотников не находилось. А если находилось – они о том не рассказывали. Или не могли рассказать.

И по-прежнему поступали в башню механизмы, сработанные по присланным чертежам, минералы, масла, ткани, писчие принадлежности, инструменты. С дворцовой кухни – еда и вина. И по-прежнему не держала Аойфе прислуги. Живой прислуги.

Теперь разговоры об оживленных болванах, железных иль каменных, что были в ходу при Садалане I, поутихли. Иное болтали.

Духи умерших привязаны службой к Тысячекратной Убийце. Тех, кто был прислан сюда из королевских темниц, и тех, кто пробрался в башню – из жадности, из мести, из глупого любопытства. Все они нашли здесь свой конец. Ведьма даже не марала рук сама. Ее слуги – неживые слуги – делали за нее всю работу. Невидимо следили по всему королевству за врагами, чужестранными шпионами, заговорщиками. Проникали во храмы, в подземелья и в поднебесья, где творились неведомые человеку таинства, прозревали секреты прошлого и будущего. И новый король приходил в Тысячекратную Убийцу, чтобы выслушать то, что хотел узнать. То, что ведьма могла сообщить только ему.