Книга Имперец #1-5, страница 293 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

Я выпустил Василису из рук и негромко произнес, заглядывая девушке в лицо, чтобы удостовериться, что она меня услышала и поняла:

— Я сейчас вернусь.

Василиса кивнула с видом серьезным и максимально собранным.

Мы отошли с Серовым за ленточку, и я, наконец, вблизи рассмотрел результат творческой деятельности Темникова. Ни намека не осталось ни на технику внутри помещения, ни на какие-либо окна. Все выгорело.

— Что говорят саперы? — спросил я, рассматривая темные провалы окон своего офиса.

— Что работал профессионал, — ответил Антон Васильевич, проследив за моим взглядом. — Но точнее скажет экспертиза.

— Потрясающе, — усмехнулся я. — Такой талант разменять на пугач для безродного.

— Давай мы сейчас начнем заново, — проговорил особист. — Ты расскажешь мне стройную версию событий, а я ее законспектирую.

— М-м-м… — протянул я. — Значит, дело было так. Я проводил госпожу Корсакову до дома ее папеньки, а сам решил наведаться в арендованный нами офис, чтобы подготовиться к завтрашней рабочей встрече. Подъезжаю я к этому прекрасному месту, а мои окна вылетают, и припаркованный неподалеку «Нижегородец» со свистом стартует прочь. Что мне оставалось делать, как честному поданному Российской Империи?

— Вызвать правоохранительные органы, Мирный, — буркнул Серов.

— Вот и я решил, что подозрительную машину надо непременно догнать, — ответил я, проигнорировав логичное, в общем-то, замечание.

— Судя по тому, что мне рассказали ребята, догнал?

— Догнал, — не стал отрицать я. — Сложно не догнать машину, которую протаранила фура. Внутри оказался Темников, который тут же возжелал покаяться в своих злодеяниях. Кстати, выжил?

— Ну, когда ребята отчитывались, его грузили на скорик, — отозвался Антон Васильевич.

— Тогда он тебе сам лучше расскажет, как уважаемый боярич оказался в такой паскудной ситуации, — хмыкнул я.

— А потом? — хитро прищурился особист.

— Потом? — задумчиво переспросил я. — Потом, знаешь ли, я испытал непреодолимое желание навестить князя Распутина. Прям вот, поверишь, потянуло всей душой.

— Потянуло, говоришь? — хохотнул Серов.

— Да-да, — подтвердил я. — Потянуло. Ну и кто я такой, чтобы противиться зову сердца? Приехал в особняк к князю. Встретили меня не с фанфарами, но довольно душевно. Ну и на аудиенцию к Григорию попал, само собой. Он, знаешь, сидит, как пришпиленный к своему креслу в этом скучном рабочем кабинете, и говорит — есть у меня дельце к тебе, Саня, прямо-таки государственной важности! Надо вот этот пакетик верному человечку отдать.

И с этими словами я протянул Серову сумку, болтавшуюся у меня на плече.

Антон Васильевич приподнял брови, но сумку принял и, выудив первую попавшуюся папку, быстренько пролистал ее содержимое. И пока листал, глаза у особиста становились круглее и круглее.

— Ты сам-то сюда заглядывал? — спросил Серов, продолжая листать бумаги.

— Ну что ты, — усмехнулся я, — как можно⁈.

Мужчина поднял на меня убийственный взгляд, пришлось покаяться:

— Одним глазком.

— Лучше остановись на первом варианте, — совершенно серьезно посоветовал Антон Васильевич, — а то, может так получиться, один глазок придется выколоть, когда ребята почитают.

— Ладушки, — миролюбиво согласился я.

— Но можно посмотреть двумя глазами, — вдруг сменил тон Серов. — Для этого нужно всего лишь присоединиться к нашим прекрасным структурам.