Книга Студент, страница 95 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

— Эту! – заявила Василиса тоном, не терпящим возражений.

— Хорошо, – не стал возражать я.

— Мы можем доставить его по адресу, – не особенно рассчитывая на оплату дополнительных услуг, предложил консультант.

— Знаете, очень актуально, – согласился я.

Ехать с покупками на многомиллионную сделку было бы совсем смешно. Еще только старого замызганного пакета-майки для денег не хватало для полноты картины.

— К костюму нужны туфли, – вставила Корсакова, едва мы вышли.

— Ага.

— И галстук. И ремень!

Я кинул взгляд на девушку и улыбнулся.

— Что? Я же вижу, что ты купишь первое попавшееся, – вздернула она свой прелестный носик.

— Нет, ничего, – посмеялся я. – Мне просто импонирует то, с каким воодушевлением ты кинулась приводить меня в порядок.

— Ты попросил меня помочь с внешним видом, и я согласилась, – пояснила Василиса. – Мой отец любит говорить: раз уж что-то делаешь, надо делать это хорошо. Кое-как получится и без твоего участия.

— Мудрые слова, – согласился я и позволил еще поводить себя по магазинам.

Некоторое время спустя, отправив в университет полный комплект одного приличного вида, я достал из кармана телефон, чтобы посмотреть время.

Времени было предостаточно, так что теперь я взял девушку за руку и скомандовал:

— Туда!

«Туда» было магазином часов. В отличие от всех прочих, он не сиял яркими стеклянными витринами, а был оформлен деревянными панелями с выжженным на них рисунком разных летающих часовых циферблатов.

Верхнего освещения внутри не было, и единственным источником света оставались витрины, расставленные по торговой площади.

— Добрый день, – поздоровался с нами седой мужчина в очках на сильный плюс.

— Здравствуйте, – ответила Василиса, я же просто кивнул, рассматривая витрины.

Что и говорить, часы в Российской империи делали шикарные. Здесь были витрины, отведенные под целые дома часовых мастеров разных известных и неизвестных мне имен. Например, дом Фаберже сейчас все еще делал знаменитые яйца по индивидуальным заказам, а вот женские наручные часы были поставлены на поток. Дом Буре до сих пор изготавливал весьма дорогие карманные часы, но основную кассу, конечно, делали мужские наручные самого дешевого сегмента. А вот дом Бронникова мне был неизвестен, но их работы казались ближе к народу – меньше помпы, больше теплых материалов типа кожи и дерева.

Но это все было не то.

Я шел между стеклом и светом, ища что-нибудь, что хотелось бы видеть каждый день на руке. Что-нибудь, что напоминало бы о том, что это все-таки вторая жизнь, и в конечном счете она окажется так же быстротечна, как и первая, а потому стоит относиться к своему времени бережнее и тратить его с умом.

— Александр, – окликнула меня Василиса, – подойдешь? Думаю, тебе понравится.

Без особых ожиданий я подошел к девушке, стучавшей ноготком по стеклу витрины, указывая на свой выбор.

— Вот эти, третьи слева. Как тебе?

Я на несколько мгновений замер, словно заново ощущая тяжесть браслета на левой руке. Это были мои часы. Часы, которые когда-то давно подарила мне жена в том другом мире. Часы, которые я никогда не менял, хотя мог позволить себе многие понты.

— Как тебе? – тихо и растерянно повторила Василиса, потому что я молчал слишком долго.

— Да, – покивал я в ответ. – Это то, что нужно.