Книга Боец, страница 102 – Владимир Кощеев, Михаил Романов

То-то у него вид был обреченно-решительный при нашей встрече.

Звали Паука Олег Лапов, и для него Гриф платил за лечение дочери. Я в медицине не силен, но судя по расписке, это что-то очень дорогое и очень долгое.

Орла в расписках, кстати, не было. Наверное, тоже фрилансер или из скучающих бывших вояк, которым не к чему в мирной жизни приложить свои шикарные навыки.

Я достал из кармана телефон и набрал Афину.

— Ты в клубе?

— Да, – растерянно ответила девушка. – Проверяю алкоголь перед завтрашней ночью.

— Подойди ко мне, – попросил я и повесил трубку.

Афина не пришла – прибежала почти что молниеносно.

— Звал, шеф? – бодро спросила она, заходя в кабинет и плюхаясь в гостевое кресло.

Разница между Афиной в ночь боев и Афиной в обычный день была колоссальная. Просто два разных человека. Первая – без пяти минут борзая эскортница, вторая – девочка в кроссовках и вытянутом спортивном костюме.

— Да. Нужно разобраться с кое-какими бумажками, – кивнул я и протянул ей ее же расписку.

Девушка взяла лист, пробежалась по нему взглядом, изменилась в лице и медленно произнесла:

— И что мне с этим сделать?

— Не знаю, – равнодушно пожал я плечами. – Можешь спустить в унитаз, можешь сжечь. Сложить в бумажный самолетик не предлагаю – вдруг кто поднимет.

Афина смотрела на меня широко распахнутыми глазами, и я положил ладонь на стопку лежащих на моем столе бумаг.

— Здесь все расписки, что я забрал из сейфа Грифа. Помоги мне выбрать тех бойцов, кто заслуживает доверия и по-настоящему нуждается в помощи регулярно. Тех, кому помогли один раз и с тех пор посадили на крючок, нужно пригласить сюда завтра, я буду раздавать вольницы.

Девушка несколько раз моргнула, осознавая сказанное, а затем уточнила:

— А зачем ты мне это вернул?

— Знаешь ли, я предпочитаю, чтобы люди работали на меня на добровольных началах, а не потому, что им к горлу приставили финку.

— Ты очень странный человек, Алекс, – покачав головой, произнесла моя управляющая. – Среди этих расписок есть люди, на которых можно хорошо, действительно хорошо заработать. Но они не вернутся, если ты отдашь им бумаги.

— И пусть, – вновь пожал я плечами. – Будут другие. Всегда будут другие, Афина. Это очень легкие деньги для тех, кто может держать удар.

С этими словами я придвинул девушке стопку бумаг, и она, все еще немного растерянная, начала их перебирать. Но очень быстро ошарашенность моим решением сменилась злостью на прошлого начальника.

— Сволочь, сволочь, – бормотала девушка, раскладывая листы на три стопки. – Этих можно пригласить завтра, – наконец произнесла она, указав на первую пачку. – Гриф единожды оплачивал их нужды, но нуждались они в деньгах в тот момент не просто остро, а остро и вчера. Но каждый может тебя озолотить, так что не знаю…

— Мое решение, – спокойно напомнил я.

Афина вздохнула, соглашаясь:

— Твое решение, да… Эти, – она показала на среднюю пачку, – просто бесполезны. Мясо. Оставлять их на арене равносильно убийству. Часть из них, конечно, нуждается в деньгах, но в основном потому, что, как ты и сказал, здесь легче всего получить монетку на очередную дозу дури. А этим, – девушка указала на последнюю стопку, – этим на самом деле нужны деньги. Много и постоянно. Они неплохие бойцы и смогут продолжить работать на тебя, если договоришься.