Книга Путь Стратега 1, страница 107 – Саша Токсик, Яростный Мики

— Кладём? — беззвучно спросил мужчина.

Я посмотрел на Ростислава. Охотник не двигался. Он вслушивался в округу, пытаясь понять, как быть и что делать. Наконец, приняв решение, Ростислав медленно кивнул.

— Давай, — одними губами произнес он.

Содержимое горшочка вылили у корней дуба. После чего мы спешно отступили, спрятавшись за поваленным стволом. Ростислав грамотно выбрал место, откуда видно было приманку, но нас при этом заметить было практически невозможно.

Затем мы стали ждать. Первые полчаса я ещё надеялся, что всё получится легко и непринужденно. Через час эта надежда развеялась на ветру. Спустя два часа я начал подозревать, что Ледошкур уже сидит где-то рядом и просто ждёт, когда мы устанем, чтобы застать врасплох и насадить нас на свои клыки.

Охотник рядом со мной медленно размял затёкшую ногу. Я повернул голову, а затем замер, не в силах пошевелить и мускулом. Впереди, на противоположной стороне поляны, что-то зашевелилось. И мы все одновременно увидели его.

Ледошкур вышел на свет из-за дубов. Он был огромен. От каждого его шага проминалась земля. В прошлый раз я не смог внимательно его рассмотреть — был несколько занят тем, что убегал от мутанта. Сейчас же секач предстал передо мной во всей своей жуткой красоте. Всё в этом существе выглядело неестественно: серо-бурая шкура, поверх которой наросли толстые ледяные пластины; клыки, блестевшие на свету из-за ледяной же крошки, а также мощные копыта, от соприкосновения с которыми влажная трава вокруг покрывалась инеем.

Я не мог понять, как такая тварь вообще могла существовать. Как ледяной панцирь, защищавший кабана, мог сохранять свою прочность при плюсовой температуре. Я даже не видел конденсата!

Здравый смысл кричал мне о том, что это невозможно, нереально, вот только инстинкты вовремя одергивали, мягко, но настойчиво напоминая, что угроза от Ледошкура вполне себе оставалась реальной. И хотел я верить в его существование или нет, но его клыки разорвут мне брюхо так же легко, как если бы я пожелал порвать руками лист бумаги.

Кабан меж тем остановился на середине поляны, так и не подходя к разбросанной «приманке». Я почувствовал, как напряглись охотники. Да я и сам был сейчас подобен натянутой струне!

Кабан посмотрел на содержимое горшочка, после чего поднял голову. И повернул её в нашу сторону. Я понял, что перестал дышать. Ростислав нервно сжал рукоять охотничьего ножа. Ледошкур не мог нас видеть. По крайней мере, я так думал.

Наконец, кабан отвернулся от нас, шумно выдохнув. Он степенно подошел к «приманке». Мясо лежало всего в нескольких шагах. Кабан вытянул шею, принюхиваясь к добыче.

А затем… он громко фыркнул. Кабан покрутил головой, после чего отступил. Сначала на один шаг, а затем и на все два. Я бросил взгляд на Ростислава. Охотник едва слышно скрипнул зубами. Ледошкур же изучил всё, что хотел. Ничто его больше не держало на поляне. Поэтому он просто развернулся, двинувшись обратно вглубь дубравы. Точно старый хозяин, вышедший на порог осмотреться в одном халате и тапочках и теперь вальяжно возвращающийся вглубь своего дома.

Я ждал, что он остановится, что всё-таки вернётся, что хотя бы проверит мясо. Но Ледошкур не сделал ничего. Он лишь скрылся среди дубов. Мы продолжали ждать еще добрых полчаса, прежде чем Ростислав разрешил нам покинуть укрытие. Мы всё так же осторожно выбрались из-за поваленного ствола и подошли к приманке.